b000002145

ГОЛУБАЯ ПЛАНЕТА Знаете ли вы эти дни апреля, когда в скрытых от солнца угол- ках ещё лежит снег, ещё пахнет им тревожно и шально воздух, а на припёках уже зеленеет трава и, хилый, сморщенный, вдруг сверк- нёт в глаза, как золотой самородок, первый одуванчик? В такие дни впервые отворяют окна, сметая с подоконников дохлых мух; в такие дни, блаженно улыбаясь, часами сидят у ворот на лавочках; в такие дни кажется, что счастье - это просто солнце, просто воздух, просто жизнь сама по себе. О, как мы ждали этих дней! У каждого городского человека слу­ чаются минуты, когда его начинают раздражать автобусы, афиши, прокуренные коридоры учреждений, и ему хоть ненадолго хочется сменить небо над головой. Откроет вечером форточку, хватит полной грудью весеннего воздуха - и кровь загудит в висках, спутаются мыс- ли, захочется чего-то немыслимого: дикой скифской скачки на коне, какой-нибудь драки или хотя бы упругого, нагруженного запахами весны, влажного ветра в лицо. Тогда-то и начинает он, ещё задолго до сезона, трепетно перематывать лески, набивать патроны, смолить лодку... И в добрый час! Я твёрдо верю, что путь к природе - это путь к прекрасному не только вне себя, но и в себе. Кто волновался, вдохнув буйный запах черёмухи, видел, как раскрывается на рассвете точёный цветок лилии в тихой заводи реки, грустил, провожая взглядом осен- ний караван журавлей, проходил, как по сказке, по зимнему ельнику - тот и в себе неизменно открыл что-то прекрасное. Весна на этот раз выдалась недружная, с тяжёлыми восточными ветрами, с почерневшими заборами, с тревожный криком вымок- ших грачей. Мы пришли в деревню под мелким дождём, который к вечеру пос­ тепенно переходил в снег, развесили вдоль печки мокрые ватники и рано легли в горнице на полу спать. А утром я проснулся, и первое, что услышал: «Погода перевернулась». Не понял даже сначала, при­ снилось мне это или наяву было - стоит надо мной старичок, лучит- ся из короткой седой бороды улыбкой и говорит: