b000002145

ВСЕ ТОТ ЖЕ ВЕЧЕР В театре по полутемному фойе все еще бродил толстый актер, жес- тикулировал и говорил сам с собой. На самом же деле это была гнев- ная речь к п ро тивник ам из месткома, обошедшим его квартирой . - Ты, Ники та, в буфет? Коньяк пить? Пойдем , и я с тобой. Хочу из- литься, - сказал он, забыв, что уже и пил с Н и ки той И льичом и из- ливался перед ним . - Нет, мой родной, - ласково сказал Н и ки т а Ильич, в зяв его за обе руки. - Могу ссудить трешницей , но сам пить не стану. Ты же знаешь, Елена не любит, когда я зело выпью . - Она ж енщ ин а волшебная, - вздохнул актер. - Люби ее. - Ну, хочешь трешницу? - Нет, Никита. - Ты не гордись, я от чистого сердца предлагаю. Ведь отдашь. - Конечно, отдам. Да только я в одиночку пить не умею. Ну, иди, иди, - приб ави л он, вид я нетерпение Ни ки ты Ильич а и подталкивая его в плечо. - Сейчас третий акт кончится. И точно - в зале затрещ али аплодисменты , захлопали откидные к рыш к и стул ь ев , р а спахнули сь под н ап о р ом то лпы двери: здеш - н я я п убли к а не лю била долго зад ерж и в а т ь себя и ар ти с т а после спектакля. Н и к и т а И л ьич поспешил к выходу со сцены . Елена Константи - новна П астухова - одна из ведущих актрис театра, но еще (конечно, по какому-то, как все полагали, недосмотру админис трации ) не за- служенная - с густым слоем тона на лице, с подсиненными глазами, с я р к им и губами , в костюме стюардессы и н о с т р а н н о й ави аком па - нии, высокая, тоненькая и грациозная, быс тро п рош л а мимо Н ики - ты Ильич а в свою уборную , улыбнувшись ему на ходу и подав руку для поцелуя. Случилось так, что после ухода Людмилы Ники те Ил ьичу было не до ж енщин : работа, учеба, сын... Да и любовь к Людмиле безвыход- но и терзающе ж и л а в нем долгие годы, не уступая место не только иной любви, а хотя бы простой свободе от своего гнета. Елена была