b000002144

махонькой, прутиковой осинке. Даже город, который давно примелькался ему и был для него просто улицами, просто до­ мами, стал видеться и восприниматься совсем по-иному. Они любила побродить по своему городу, особенно весной, ког­ да вечерами под ногой жестко хрустит крупчатый снежок, а днем сверкают и звенят капели. Еще морозно, но по всемучув­ ствуется, что март: уже небо иссиня-сине, уже почки на топо­ лях золотятся, уже почернели за рекой проселки, а по ночам от зари до зари красным углем тлеет Марс. На базаре в это время крепко пахло морозным сеном. Тротуары ослепитель­ но блестели мокрой наледью. Они любили остановиться на пешеходном мосту и смотреть на тяжко громыхающие товар­ ные составы, на суету тонкоголосых маневровых паровозов, на приливы и отливы пассажиров пригородных поездов. Го­ род, строивший тогда новые заводы, властно притягивал к себе людей из окрестных деревень и уже переставал быть ти­ хим уездным городком с заросшими гусиной травой улица­ ми, опоясывался кольцом рабочих поселков, оттеснял от сво­ их окраин леса, и в мещанско-купеческое двухэтажное убо­ жество центра вламывались кубические сооружения из кам­ ня и стекла. Ихмальчишеской мечтой было путешествие вниз по реке на плоту или в лодке; они тщательно выверяли по карте маршрут, копили на «французских» булочках деньги, составляли списки необходимых вещей, и какойупоительной музыкой звучали им тогда слова: топор, палатка, порох, котелок.. Осуществлению этой мечты помешала война. Но и так им немало досталось от щедрот российских градов и весей. Пионервожатый Коля Ла- душкин - щупленький, очкастый, сам похожий на подростка в своих походных сатиновых шароварчиках и тапочках, - возил их на экскурсии во Владимир, Суздаль, Ростов, Касимов, Муром, распевно читал им над Окой в Карачарове: Из того ли то из города из Мурома, Из того села да Карачарова Выезжалудаленький дородный добрый молодец. Он стоял заутреню воМуроме, Аикобедне поспеть хотел встольныйКиев-град. Да и подъехал он ко славному ко городу кЧернигову. Утого ли города Чернигова Нагнано-то силушки черным-черно, Аи черным-черно, какчерна ворона. Оглядываясь теперь назад, Митя видел, что детство его не прошло даром; оно дало ему ощущение России, укоренило на 146