b000002142

— Вот так, значйт, н ходишь? — спросил он Лабу- тина? — Так и хожу, — сказал Лабутин. Он тоже размяк в жаре, откровенно смотрел во все глаза на Зинаиду, и ему хотелось привлечь чем-нибудь к себе ее внимание. — Так и хожу, старина, — повторил он. — Каждому свое. Ты вот тут сидишь, у своего дела, а я за своим х-ожу. Главное в любом деле — выгоду найти. Так я говорю? Это, казалось, вызвало одобрение Зинаиды, она более внимательно посмотрела на него, и ему показалось, что между ним и ею возникают, наконец, нити взаимной за- интересованности. — Я человек одинокий, — многозначительно продол- жал он, — мне много не нужно. Сыт, одет, обут. Н а чер- ный день имею. На моей работе плохо-бедно можно зар- плату сохранять в полной неприкосновенности... — Туманно что-то выражаешься? Это как же? — поинтересовался Ермилин. А так, что пока кустарь не перевелся, нам жить можно, — засмеялся Лабутин. — Вот и смекай, если го- лова на плечах. Он говорил «нам», потому что, имея сделки с куста- рями при обложении их налогом, он не мог д аж е пред- ставить себе, что эту возможность упускают другие. По его мнению, поскольку т акая возможность существовала, ее нужно было, не рассуждая, использовать. Не похвалят за это в случае чего, — сказал Ер- милин, очевидно, догадавшись о чем-то. Кто дознается? Тут вроде игры в третий лиш- ний. — Ловко! — покачал головой Ермилин. — Выгодная, стало быть, должность? Лабутин небрежно пожал плечом: — Кормит. Он заметил в углу вороха сетей, и перед ним блес- нула новая возможность расположить к себе Зинаиду. — До тебя вот я никак не доберусь, старина, — серьезно сказал он. — Сети, наверно, на продажу пле- тешь, лодки долбишь. Так, что ли? Не-е-е, меня не укусишь, — усмехнулся Ерми- лин. — Мне это ни к чему. Было прошлым летом дело,