b000002142

нах на будущее, связанных с Московской консерватори- ей, и он подумал: «Э-э-э, лучше синицу в руке, чем жу- равля в н еб е ...» Провожал он несколько раз после тан- цев кассиршу промтоварного магазина, и та очень нра- вилась ему — спокойная, ласковая, мягкая, — но у нее было такое количество меныних сестер и братьев, что маленький домик их на Набережной улице был похож на детский сад. Где же тут поселиться еще и молодоже- нам? И Глеб всем этим девушкам 'сказал одно и то же: — Останемся друзьями. Елку Половодову он случайно встретил на улице в солнечный, сверкающий капелью день ранней весны. Ах, что за весны бывают на земле! Морозным красным днем по занавоженной дороге скакал боком блестящий грач, долбил и подбрасывал крепкие комки, потом вытянулся, раэбежался, полетел, и, словно в догонку за ним, сор- вался откуда-то тяжелый ветер. На чердаках, почуя его, заорали хриплым мявом коты. Ветер быстро нагрудил мокрых облаков, дул весь день, всю ночь, изноздрил снега, а еще через день сломал на реке лед. Точно те- шась своей удалью, шальной и разбойный, он носился по улицам, мотал на скрипучих петлях ворота, подхва- тывал юбки, а когда сквозь облачное мутиво опять про- глянуло солнце, завалился куда-то за реку, в еловый лес, в чащу, в теплую сырь и затих. И уж давно сбежали по оврагам ручьи, уже пылили дороги, земля взгоняла яро- вые, а Глеб все вспоминал тот день, когда он случайно заглянул в глубокие синие глаза и, как доктор Почему- ев, тоже ахнул в радостном изумлении. Нашел он случайно и познакомилея с ней в клубе на танцах, и проводил до ворот, и был в воскресенье дома, и всем там понравился — спокойный, рассудительный, трезвый. Ему тоже понравилось у Половодовых, и толь- ко одно смущало его в Елке — уж очень красива. Кра- сивая жена — чужая жена. Глеб докурил папиросу, пригасил окурок каблуком и пошел спать. А Елка в ту ночь бродила до рассвета. Как только етихли за углом шаги Глеба, она тоже пошла, сворачи- вая из улицы в улицу, отдыхая на лавочках у незнако- мых ворот, промочив туфли в холодной утренней росе. . . Было уже совсем светло, когда она увидела себя на базарной площади. У ног ее дрались, безобразничали