b000002142

— Да, очень здорово! — восхищенно соглашалась она. Про троллейбус с его свисающими веревками он гово- рил, что тот похож на Чехова в пенсне. С ним мир •казался шире, увлекательней и безза- ботней. Он был разнообразно, но, пожалуй, как-то дилетант- ски талантлив: немножко пел, немножко рисовал, не- множко писал стихи. И все это — легко, непринужденно, безалаберно и щедро. Кем бы он стал? «Нелепо и в сущности страшно, что человек не успел никем стать», — думает она. Ей х.очется уснуть и отде- латься от этой мысли, но сна нет, и тогда она берет у стюардессы журнал. В нем рассказывается о пребывании в Москве общественного деятеля Индии, который в этом самолете возвращается теперь из Сибири. Он приходил в антракте за кулисы и целовал ей руки, но теперь не узнает ее. Конечно, без грима она выглядит совсем иначе. Она всегда считала себя некрасивой и говорила, что нос ее похож на куриную гузку. Он не возражал и не- сколькими свободными штрихами набрасы вал ее порт- рет-шарж с огромными глазами и носом, похожим на куриную гузку. Сколько их висит теперь в ее комнате, этих портре- тов с шутливыми стихотворными подписями! Стены его комнаты в Гагаринском переулке тоже были сплошь увешаны рисунками на кнопках. Когда от- крывалась дверь, стены шелестели и двигались. — В квартире, слишком унавоженной бытом, выра- стают фикусы, — повторял он ходячую фразу и не имел ничего, кроме этих рисунков, одного стула и узкой скла ной койки из бамбука. Расставшись утром на Арбате, они вновь возвр щ лись в эту комнату — он из медицинского института, она 211