b000002142

цами до самых локтей. Сгорбившись, она пошла прочь, спотыкаясь и семеня, когда особенно сильный порыв ветра толкал ее в спину. — Ну и зверь ты, Матюшка! — сказал Герасим, дро- жащими руками доставая из мятой пачки папиросу. — Истый зверина хичный!.. —Нешто можно так с живой-то душой? — укориз- ненно вздохнул Сергиян. Матвей не ответил. Он, как и всегда, работал ловко, сиоровисто, и его невозмутимость вконец разозлила плот- ников. — А вот тюкнуть его обушком разок-другой, он, гля- дишь, и отмякнет! — вспылил Герасим, враждебно глядя на Матвеевы лопатки, плитами ходившие под гимнастер- кой. — Авось, отмякнет, — поддакнул Сергиян, — Никак я этого не понимаю, чтобы, значит, человека от себя гнать, ка к собаку. — Д а что вы раскаркались? — выпрямился Мат- вей. — Знать не знаете, что между нами вышло, а бере- тесь судить-рядить. — Баба-то ведь какая! — с тоской сказал еще не опомнившийся Герасим. — Так бы ручейком и побежал ей под ноги... — Вот-вот, — усмехнулся Матвей, — в самый раз! А мне- она все равно что ч е р в я к— взял бы да и растоп- тал, не заметил. — Это почему же, червонный мой? — прищурился на него Сергиян. —- Д а уж так она себя показала передо мной. — Это ка к же, значит? — Скажу. — Ну-кось. — Сказ короткий. Обещала ждать, а приезжаю из армии — она за вдовца вышла, старика пятидесяти пяти годов. Чем же, спрашиваю, он тебя взял? Д а показал, говорит, книжку на сорок семь тысяч, обещал на. меня перевести — я и пошла... — А он, значит, возьми да и прижми денежку-то? с интересом спросил Сергиян. — Нет, дело у них без обману сладилось. — Н е дура б а б а !— опять перебил Сергиян. Де- нежки, значит, хап — и обратно к милому дружку...