b000002142

О Г У Р Е Ч Н Ы й А Г Р О Н О М I Года два назад фельдшер-акушер Сорокин вошел к врачу, Климу Абрамовичу, которого в селе звали Кило- граммычем, и тот, по своей близорукости не заметив смятенного вида гостя, встретил его радушными сло- вами: — А-а-а, милости просим. У меня, голубчик, такие рыжички есть — с пуговицу. Ну прямо — подлецы, а не рыжички. — Какие тут рыжички, КилограМмыч, — страдальче- ски морщась сказал Сорокин. •— Жена у меня помирает. Сам ничего не могу, ничего не понимаю, совсем потерял- ся. Пользуясь добротой и застенчивостью Килограммы- ча, его часто вызывали на дом по всякому пустяшному поводу, но он каждый раз, спеша к больному, волновал- ся до дрожи в руках, и на лице его было выражение ужа- са, сомнения, негодования, словно он не мог примирить- ся с мыслью о том, что у представителя рода человече- ского смеет что-нибудь болеть. И на этот раз он выронил из дрогнувших рук очки, схватил чемоданишко и без шапки побежал за Сорокиным. Лишь перед дверью больной ему, как обычно, удалось справиться со своим волнением, и к ее кровати он подошел с таким видом, который как бы говорил: «Э, д а тут нет ничего серьезно- го. Я тебя, голубушка, быстро на ноги поставлю!» Но одобрительный прием Килограммыча пропал впу- стую. Ж ена Сорокина была совсем плоха, и д аж е в том,