b000002141

— Не буду — и точка. Все одно Гришка меня своими поднач- ками собьет. — Не дадим! Молчи, Гришук. — Я молчу... — Ну то-то! Смотри, ни гу-гу,— предупредил Ананий. Маленькое, сухое лицо его собралось мелкими морщинками, так что на месте глаз остались только узкие, слюдянисто блес- нувшие в свете костра щелочки, и он рассмеялся. — Я потому смеюсь, что очень забавный случай впереди бу- дет,— пояснил Ананий,— С чего уж и начать, не знаю... Короче, пришел я с фронту без левой клешни и сразу упал духом. Де- тишков у меня теперь счетом восемь, а тогда шесть было. Но это, я скажу, все одно много. Чтобы прокормить такую саранчу, особо при моей штукатурной профессии, позарез две руки нуж- ны. Вот я и задумался. А от задумчивости что? Пьянство. Не знаю, как там, в Канаде, а у русского человека это так... Стал я, значит, пенсию свою дотла пропивать, а потом и барахлиш- ко из дому потаскивать. Дотаскался — смотрю, ничего уже не осталось, и надо дальше чем-то промышлять. До войны любил я рыбачить. Край наш владимирский озер- ный, весь речками, как паутиной, повит, есть где рыбу взять, коль рыбак с головой. А у меня к этому делу сызмала талант был. Ну, и начал я той рыбой промышлять. Летом на червя ловлю, на букару, на ручейника; по перволедью — на блесну; зи- м°й — на мормышку с мотылем. И так ловко насобачился одной -рукой насадку делать, что рукатый за мной не угонится. К штанам на коленке у меня клееночка была пришита. Сейчас я на нее червя или мотыля вытряхну, цоп его крючком - и готово. Одно неспособно было: со льда на глубоких местах ло- вить. Никак одноручь леску не выберешь. Пихаешь ее и в рот и... гм... И вокруг шеи до пяти раз обвернешь, а конец все в лунке. Одно слово — неспособно. Ловил я, однако, во всякое зремя достаточно. После выйду на базар, разложу рыбу на кучки: эта — десять целковых эта — пятнадцать, эта — два червонца, а эта для кошки — л за рубль... Поначалу стыдился, глаза прятал, а потом и покрики- вать стал: "А вот, гражданки, свеженькая! Подходи, налетай, не зевай!.." Блеснил я как-то по перволедью на озере Мшары. Озеро это провальное, глуоины непомерной, чистое, как слеза, и все сос- новым бором обросло. Напал я на приглубное местечко, окунь 45 4