b000002140

поминаниях друзей и близких бессмертен человек. Воспо­ минания неистребимы, даже если уже исчезли с лица земли люди, дела и вещи, вызвавшие ах к жизни. В этот раз, приехав в К., я мельком увидел на бульва­ ре двух знакомых людей, с которыми, по сути дела, не был знаком, но так часто встречал их в прошлые годы, что в представлении моем они были неотделимы от горо­ да, как часть его истории. Они стали старше на тридцать лет, оба заметно потуч­ нели, обрели плавную неторопливость в походке и проч­ ное спокойствие в выражении лиц. У него на воротничок рубашки набегала толстая складка шеи, было бело-розо- вое лицо здорового, трезвого и некурящего человека, в одежде бросалась в глаза подчеркнутая чистота и акку­ ратность. Она же — эдакая крупная, красивая полнотелой красотой женщина, медленная и даже величавая — спо­ койно глядела перед собой кустодиевским взглядом. Рукава его пиджака, застегнутого на все три пуговицы, были, как и прежде, засунуты в карманы. Он не носил протезы. Даже через тридцать лет память легко подсказала ис­ торию этих людей. Перед войной они, может быть, один- единственный раз поцеловались на школьном вечере где- нибудь в залитом лунным светом коридоре или под этими лопотавшими листвой тополями. На фронт она написала ему два письма — он не ответил. Когда вскоре он вернулся в город без обеих рук, она пришла к нему и сказала, что никогда не уйдет. Он про­ гонял ее; нарочно, чтобы обидеть, ругал самыми бранны­ ми словами, бился головой о стену, истерически вопя, что лучше убьет себя, чем позволит ей ухаживать за ним. Но она не ушла. На первых порах ей, семнадцатилетней девочке, лю­ бившей романы Тургенева и разводившей у себя во дворе пионы и георгины редких сортов и необыкновенной кра­ соты, пришлось справлять за ним весь грязный уход. Это было, наверно, тяжелым испытанием, тем более что он ощетинивался против любого проявления ее заботливости. А сам в это время бегал к хирургам по госпиталям, кото­ рые тогда были размещены почти во всех школах города. Каким-то непостижимым хирургическим волшебством приспособленные сначала держать ложку, его короткие култышки со временем оказались способными держать и