b000002140

свету, к движению, но, еще не веря в свои силы, она продолжала лежать с закрытыми глазами. — Спокойно. Беру, — опять послышалось за окном. И она уже не могла оставаться в комнате. Вскочила с постели, набросила платье, махнула расческой по во­ лосам и выбежала в парк — весь в ярких движущихся пятнах тени и света. Потом, напрыгавшись, насмеявшись, еще в азарте иг­ ры, разгоряченная и счастливая, она сбежала по лест­ нице к морю. Прыгая по ступеням, она не чувствовала своего веса, ей было легко, словно кисейные стрекозьи крылья поддерживали ее в неосязаемо нежном воздухе, и казалось, что еще одно усилие, согласный порыв души и тела — и она, раскинув руки, плавно полетит над мо­ рем. Внизу она села на мокрую гальку в полосе прибоя, положила голову на колени и вся отдалась ласке теплых •бархатистых волн. Море ласкало своей нежной голубизной ее глаза, йодистый ветер гладил волосы, и невысокие длинные волны окатывали ступни ног, щекоча их высыхающей пеной. ГРАЧИ Однажды я пересек несколько областей, чтобы побы­ вать в городке, издавна манившем меня своей стариной. Когда я вышел из приземистого каменного вокзаль- чика, по оттаявшему перрону гулял огненно-рыжий пе­ тух, далеко расшвыривая лапами шлак. Стрелочница в длинном тулупе махала на него фонарем и смеялась. Был март, самый его конец. Отряхиваясь от капели, попавшей на шапку, громко топая, чувствуя тот прилив светлого настроения, кото­ рый всегда бывает в такие синие мартовские дни, во­ шел я в гостиницу. В наших маленьких городках еще много старых неу­ строенных гостиниц с темными коридорами, большими, сплошь заставленными железными койками комнатами, угарными печами и вечным отсутствием свободных мест. Именно такой оказалась и эта. На страже ее благоухаю­ щих карболкой недр за фанерной переборкой с око