b000002140

Огромные окна затянуты морозом, а у нас — паровое отопление: пар от доброго десятка чайников и от нашего дыхания. Народу много: офицеры всех родов оружия встречаются здесь на два-три дня, знакомятся и разъез­ жаются, чтобы больше никогда не встретить друг друга. Сейчас приехал еще один офицер, привел команду вы­ здоравливающих и с ней отправляется на позиции. Всю прошлую зиму он был на Бзуре простым рядовым пу­ леметчиком. Я сейчас пил с ним чай и слушал его рас­ сказы. В прошлом январе, при наступлении, они в мороз переходили Бзуру, а потом шесть суток, не выходя из боя, сидели в окопах. — Как сушились? Да так: разуешься, ноги на моро­ зе, а сам портянки как следует выжимаешь. А потом опять на себя наденешь; на тебе и досыхают. От этого упрощенного способа просушки он получил суставной ревматизм. Летом подлечился, а теперь опять послан на позиции. «Дух бодр, плоть же немощна». И^репко надеюсь и я бодрость духа своего сохранить. Ваш Женя. ПИСЬМО ДЕВЯТОЕ Д о р о г и е мо и ! Право же, амплуа «героя — защитника родины» в та­ ком виде, как у нас теперь, — роль нетрудная даже до конфуза. Конечно, я не буду уверять вас, что у нас здесь рай земной, но просто расскажу вам кое-что о наших ма­ леньких горестях и о том, как мы боремся с ними, — а если нельзя бороться, то привыкаем, — и вы сами увиди­ те, что «ужасы войны» издали, право же, куда страшнее. Я уже писал вам ', что, попав сюда, я устроился в землянке с одним ротным командиром. В его распоряже­ нии была железная пёчь, но не было ни окна, ни двери. Дня через два он ушел на позиции и увез с собою печь. Тогда я как следует принялся за свой особняк. Рече Галаеву (рекомендую — мой денщик): да будет окно, и печь, и дверь. И бысть так. И увидел я, что все сделанное —.добро зело, и возрадовался... А подробности сего творения таковы: 1 Вероятно, в письме восьмом, которое отсутствовало.