b000002140

Лицо у Татьяны Ефимовны было смугло-бледное, с тон­ кой, не задубленной ветрами и солнцем кожей, морщинки у рта и глаз придавали ему скорбное выражение, и та же скорбь была в больших серых глазах, чуть посиненных сейчас светом мартовского неба. Она не исчезла и тогда , когда Татьяна Ефимовна улыбнулась, говоря: — Я двор открою, заводите туда лошадь-. Остынет малость, потом напоим. Первая забота — о лошади, вторая — о путнике, это было в добром крестьянском обычае. Я распряг кобылку и завел ее под крытый дранкою двор, где пахло коровьим стойлом и курами. Потом Татьяна Ефимовна дала мне умыться, и, как только я утерся льняным полотенцем, лицо у меня от холодной воды, весеннего солнца и све­ жего воздуха вспыхнуло полымем, а веки отяжелели необоримым сном. — Может, приляжете на часок? — спросила Татьяна Ефимовна. — Идите в боковушку. Я к сменщице сбегаю, а потом обедать будем. В голове у меня, как от хмеля, стоял туман. Я прошел за перегородку, ткнулся в цветастый ситец подушки, и меня тут же словно придавили наглухо целой копной этих пестрых цветов. Сон был как секунда небытия. Очнулся я от него, видимо, очень скоро, — Татьяна Ефимовна еще не успела вернуться, — но чувствовал се­ бя опять бодрым, свежим и ясным. Тишина, особая ти­ шина деревенского дома, с повизгивающим тиканьем ходиков и шорохами живности за стеной во дворе, даже угнетала после такого ободряющего сна, и я быстро под­ нялся, вышел проведать лошадь, вернулся в горницу и в одних носках стал расхаживать по вязаным пестрым половикам, чувствуя переизбыток энергии. И опять с каким-то вожделением думалось мне: «Ж-жизнь!..» С настенного портрета в картонной раме на меня смотрел большелобый, стриженный под машинку маль­ чик в солдатской форме. Портрет, видимо, был увеличен с маленькой карточки заезжим ремесленником, но даже эта халтурная работа не могла истребить в глазах моло­ дого солдата их похожесть на серые глаза Татьяны Ефимовны, и я решил: «Сын». Чуть ниже висела еще одна рамочка, в которую был взят какой-то выцветший телеграммный текст с грифом: «Правительственная». Я шагнул поближе и прочитал;