b000002140

«Двухэтажное каменное здание по улице Нижней (ны­ не Ленина) принадлежало Занцову Ивану Васильевичу о сыновьями. Занцовы имели фольго-уборочную мастерскую, но главным их занятием были поджоги складов на реке Тюмбе и в Затоне. В этих деревянных амбарах, стоявших до двадцати штук в ряд, хозяева фольго-уборочных мас­ терских хранили стекло, киоты и другие товары. Сыновья Ивана Васильевича — Митька, Петр (немой) и Ванька — воровали из этих складов, что поценнее. В ночное вре­ мя амбар очистят и зажгут. За что сын Ванька пошел в тюрьму и там погиб». Удивительно много — история, уклад целой семьи, судьба ее отпрысков — спрессовано в этой короткой справ­ ке. И так почти о двухстах домах с той же точностью, краткостью и выразительностью. Надолго остановила мое внимание и тонкая синяя тет­ радочка, на которой было написано: «Некоторые сведения о мстерских обрядах и обычаях в ХИХ—XX веках, до Ок­ тябрьской революции». В наше время обряды почти начисто исчезли из народ­ ного быта, кроме, пожалуй, свадебных и похоронных. Жи­ вы они лишь в воспоминаниях стариков, которые поне­ многу уходят, унося с собой сокровища своей памяти. От обряда не остается ничего; его невозможно восстановить во всей полноте по -каким-нибудь черепкам, как, скажем, керамическое искусство прошлого. Поэтому обряды надо сохранить в записях — литературных и музыкальных,— сохранить с любовью и заботой, как великую ценность, ибо они дают яркое, образное представление о быте наро­ да, дают ключ к пониманию строя его души, образа его мыслей, его эстетических наклонностей, семейных и эко­ номических отношений. Они одушевляют книжную исто­ рию .народа. И синяя тетрадочка Александра Николаевича Кулико­ ва как раз делает это великое скромное дело. Вот обычай, называемый капустником, как он записан Куликовым: «Население Мстеры после праздника воздвиженья, 14 сентября, начинало убирать на своих огородах капу­ сту. До первого октября (по старому стилю) всю ее нуж­ но было обязательно убрать, так как с покрова пастух выгонял на огороды скотину. Кто к этому дню не убрал капусту, тот уже пенял на себя. Когда начиналась рубка капусты, по обычаю пригла