b000002140

Но, когда Яков простился с ним и пошел, словно па- дая вперед, сосед тихо, со злобой и презрением проворчал ему вслед, щуря красные глаза: — Развел сырость, все заборы у меня сгноил, з-за- тейник! Однажды Яков вышел с лопатой, выкопал несколько квадратных ямок и посадил перед домом деревья. — Правильно, — похвалил Кантонистов, — большое украшение всего вида будет. Яков, возбужденный, с блестящими глазами, сел на лавочку. — Вот так бы по всей улице протянуть, — сказал он с не свойственной для него страстностью. — А потом — по всему городу. Во второй ярус, скажем, посадить сирень, а по низу пустить бордюрчики из жимолости... Заиграл бы тогда город, ух! — Дивно! — подхватил Кантонистов. — Я хочу с таким делом в горсовет обратиться, — ре­ шительно признался Яков. — Я уже и чертежи составил, все как полагается. Думаешь, примут дело? — Должны, — убежденно сказал Кантонистов, а через час, собрав вокруг себя мальчишек, нашептывал им: — Вы, огольцы, сломайте у Яшки деревья-то, я вам за это мор­ ковки с гряды надергаю. Ладно? И мы добросовестно заработали по пучку моркови... Потом сломали деревья во второй раз и в третий... Того, кто попадался в могучие руки Якова, он пово­ рачивал, рассматривая, словно диковинное насекомое, и говорил, как будто советовался: — Ну, что ты дрыгаешься, как поросенок? Напакос­ тил — и дрыгаешься? Уши тебе драть? Или в школу свес­ ти? Стыдно, наверно, будет? Если перед всей школой-то осрамят, а? Плохо ведь будет, брат? ■ Сидя на лавочке с Кантонистовым, он рассказывал, за­ думчиво улыбаясь и отводя косматые волосы от глаз: — Был в горсовете, виделся с председателем. Смешной такой человек. «Я, — говорит, — сам люблю эти цветочки- листочки. Только планы у тебя, — говорит, — очень уж широкие, не по силам сейчас нам. Погоди, — говорит, — дойдет и до них черед». Спрашиваю: долго ждать? Рука­ ми развел. «Я, — говорит, — человек в союзных масшта-* бах маленький, мне пророчествовать трудно». «Ладно, —•- говорю, — долго ждали, еще подождем. Я дождусь!»