b000002139

ной любовью. И когда девушка, которую я любил, уехала и я понял, что это конец, то целый день, сцепив зубы, ша­ тался за городом по бурьянным пустырям, сидел на обры­ вистом берегу реки и всем своим раненым сердцем как-то особенно чувствовал невыразимую красоту мягко мглею- щей дали с синей полосой леса на горизонте, с серебристы­ ми вспышками низкого солнца на крыльях пролетающих чаек... Потом наступила осень, зима. Я начал жизнь, кото­ рой был очень доволен. Светло, холодно и чисто было в моей комнате. Знаешь, как чисто может быть в комнате, где не курят, не едят, где не залеживается под кроватью грязное белье и где круглые сутки открыта большая форточка. По утрам я просыпался с чувством необыкновенной свеже­ сти. Собирался неторопливо, обстоятельно, и каждое дви­ жение — брился ли я, надевал ли чистую рубашку, завя­ зывал ли галстук — доставляло мне удовольствие. Затем мягкий лязг автоматического замка, пружинистые шаги по лестнице, не касаясь рукой перил, первый глубокий глоток утреннего воздуха — все это было тоже прекрасно и с удо­ вольствием отмечалось сознанием. На работе за день я со­ вершенно не уставал. Вернувшись в свою комнату, долго, прежде чем взять с полки книгу, рассматривал и поглажи­ вал разноцветные корешки, наконец брал что-нибудь самое любимое — Чехова, Мопассана, Оскара Уайльда — и са­ дился под зеленоватый свет лампы... Но однажды случи­ лась у меня бессонная ночь. Я вышел из дому, походил по хрустящему мартовскому насту и, чтобы скоротать вре­ мя, стал отыскивать в небе знакомые созвездия и звезды. Нашел Орион, Кассиопею и звезду Альтаир в созвездии Орла. «Альтаир... Альтаир...» — повторял я мысленно, а потом вслух. И вдруг такая тоска по любви охватила меня, что я тут же проклял свою упорядоченную, замо­ роженную жизнь, свою чистую комнату, свои гимнастиче­ ские гантели, и завертело меня с той ночи, как щепку в половодье... Товарищ мой быстро поднялся на ноги и, чуть отвер­ нувшись от меня, смотрел на широкий пойменный лес, до густой синевы взъерошенный ветром. Стая осторожных северных уток качалась на волнах далеко от берега; им был еще долгий путь по следам весны, к океану, к неза­ катному солнцу северных широт. 300