b000002139

голубого неба и синих теней на дорожке бульвара. Он в бе­ лой рубашке бежит по этим теням, и все в нем кричит миру о несравненном счастье быть третьеклассником. IX В этом классе люди становились пионерами. Митя не запомнил, какими церемониями сопровождалось это собы­ тие, но один зимний день, день его первого пионерского поручения, крепко запал ему в память. Для макета по некрасовскому «Морозу» звену нужны были елочки; утром он подвязал свои короткие лыжи и еще в сумерках выехал за город. Крупный сосновый лес начинался сразу за окраинными постройками — складами, базами, ледниками — и, занятый под новое кладбище, был как-то особенно холоден и нем в своем зимнем оцепенении. Митя много раз до той поры видел зимнее кладбище, про­ бегая по нему на лыжах то с товарищами, то с дядей, но теперь, один на один с его холодным безмолвием, замер на месте — маленький человечек в коротком пальто под прямыми, устремленными в стылое небо соснами. Ледяной озноб окатил его с головы до пят, голова наполнилась виб­ рирующим звоном, он тряхнул ею и, быстро-быстро работая лыжами и палками, заскользил прочь. День простоял ясный, с желтым солнцем в морозном тумане, с искристым сиянием чистых снегов. Митя заехал далеко, к мелким ельникам, заполонившим склоны ям, из которых некогда брали глину для кирпичного завода. Ле­ том здесь при каждом звуке, как упругий мячик от стенки к стенке, каталось и прыгало эхо, а сейчас стояла какая- то ватная тишина, и крик сразу же потухал в пушистых шапках снега. Присев на палках, Митя ел замерзший в кар­ мане хлеб. В голом осиннике вертелись и трясли хвостами сороки; был только январь, зимние каникулы, а от осин­ ника уже едва уловимо тянуло горьким запахом коры, и такой разлив солнца затоплял все вокруг, что Митя, па­ мятуя дядины заповеди, думал о том, что пришла весна света. Какое обаяние таилось в одних только этих сло­ вах — весна света! И этот горький запах осинника, и тем- но-зеленые елки в снегу, и туманная даль в игольчатом 23