b000002139

ром, куда дети ходили за маслятами. Было тихое, нежное время заката. На вершинах огромных строевых сосен, за­ сыпая, хрипели грачи; истончился, стал слабее душный запах хвои, и в воздухе уже плыл сырой, прохладный пар земли. Соломин в мыслях давно уже пережил десятки вариан­ тов предстоящей встречи с Александрой и, вконец измучив­ шись, решил больше не думать об этом — не надо ни под­ готовленных фраз, ни предварительных решений, пусть бу­ дет так, как будет. И он шел, разглядывая с преувеличен­ ным вниманием улицы окраинных поселков. Ощущение но­ визны во всем, что успел увидеть он в городе, не покида­ ло его и теперь. Здесь было много новых домов, много нового молодого люда, шагавшего какой-то вольной, раз­ машистой походкой и разговаривавшего громко, весело. «Сколько же я пропустил и потерял! И какой мерой измерить эту потерю? Временем? Если бы только време­ нем...» — подумал Соломин. По своей улице он шел потупясь, не глядя на окна до­ мов и на встречных людей. Калитка была заперта, но он привычной рукой нащупал через дырочку засов и поспеш­ но нырнул во двор. Сердце у него противно колотилось, горло завалил крутой комок. А через двор, появившись на стук засова, уже шла Александра. Как и прежде, она и в домашней обстановке была не какой-нибудь распу­ стехой в халате и стоптанных шлепанцах, а строгая, подо­ бранная — в узком сером клетчатом костюме, отделанном черной тесьмой, воздушной блузке с черным бантиком и черных туфлях, ладно сидевших на маленьких крепких ногах. «Красиво... Но как холодно!» — подумал Соломин. — Ну, здравствуй, — сказал он, не зная, подать ли ей руку, поцеловать ли ее или просто поклониться. — Ты не бойся, — добавил он. — Я не мстить пришел. Я не граф Монте-Кристо. — А я и не боюсь, — ответила она. — Войди в дом. Сегодня здесь никого нет. «Это она правильно сделала, что спровадила куда-то... этого... своего... А Наталочка?» — подумал Соломин. В маленькой прихожей он помедлил и несмело отодви­ нул легонькую полотняную занавеску. Когда-то здесь сто­ 188