b000002139

стро метнув из-под очкоз, оправленных медью, живой взгляд, сказал: — Заходите ко мне часиков в шесть. Ленинская улица, дом пятьдесят три. У дома — вяз. И вот я сижу в этом просторном доме, который ко- гда-то знавал более шумные дни. Тогда с Александром Николаевичем жили его сыновья; двое из них погиб­ ли на фронте, другие в свой срок разбрелись по белу свету. Александр Николаевич был первым председателем ар­ тели «Пролетарское искусство», в которую сорок лет назад объединились бывшие мстерские богомазы. Свои вос­ поминания об этих давних годах Александр Николаевич записал в тетрадь под заголовком «Некоторые данные по истории развития мстерских артелей художественных ре­ месел». Я приготовился пережить скучные часы, просматривая эти испещренные старческими каракулями страницы, но, едва углубившись в их содержание, уже не мог оторваться до конца. Беллетристическая живость записок прочно удер­ живала мое внимание. «10 января 1923 года Владимирский артсоюз прислал на мое имя отношение с просьбой создать группу из быв­ ших иконописцев-мастеров для росписи деревянных изде­ лий, которые могут быть направлены на предполагаемую в 1923 году Всероссийскую сельскохозяйственную вы­ ставку... В марте первые изделия, исполненные созданной груп­ пой, были отвезены во Владимирский артсоюз. Правление разложило их на большом столе, рассматривая работу каж­ дого мастера в отдельности. Вещи были приняты... За них учинили расчет и дали вторую партию деревянного белья, более изящного. Кроме того, артсоюз в виде поощрения дал авансом под вторую партию работ сливочного масла, крупы и пшеничной муки. Я помню тот день, когда ехал на двух подводах со станции с этой мукой и маслом. По-праздничному грело теплое мартовское солнце. Очевидно, кто-то передал това­ рищам, что Куликов, мол, везет вам два воза муки, но товарищи не поверили. Еду я около перелесков из деревни Раменье, а мои товарищи идут меня встречать и, когда 146