b000002131

— Это неизбежно. Я сейчас все объясню тебе. Только возьми себя в руки и не будь тряпкой, слышишь? — Д а, старик, — Она очень больн а... смертельно больн а... Держится из последних сил. Никита весь сжался и, слыша свой голос словно и зда­ лека, спросил: — Ей можно помочь? — Кажется, нет, малыш. Она просит другой помощи. У нее есть маленький сын, т в ой ... как он называется? Еди ­ ноутробный брат, что ли. И она просит нас в зя ть его, по­ тому что э т о т ... ее м уж ... геолог, о котором я говорил тебе, оказывается, несколько лет назад погиб при обвале в горах. Никита снизу взглянул в лицо Никиты Ильича. — Ведь ты уже обещал ей сделать это? Д а? — Д а, малыш. — Значит, так и нужно. — Спасибо тебе. Никита не спал в ту ночь. Не спал и Никита Ильич, но оба молчали, думая об одном и том же и каждый о своем. Несмотря на трагическое известие о болезни матери, Ники­ та чувствовал какое-то облегчение, потому что после вечер­ него разговора вдруг исчезла та скованность, неловкость и отдаленность в отношениях со стариком, которые угнета­ ли его в последние дни. И он смутно думал лишь о том, как встретится с матерью, что скажет ей, смущаясь уже не тем, что она его мать, а тем, что перед ним будет человек, з а ­ ведомо обреченный на смерть. «К ак все будет теперь? Как все б у д е т ?— думал Ники­ та Ильич, комкая у себя под головой душную подушку. — Малыш не помнит отца, но мать он будет помнить...» Он не заметил, как назвал малышом уже не Никиту, а того, другого — малыша Ивана, — которого видел спящим на широкой гостиничной кровати, и так уже продолжал на­ зывать его в своих бессонных мыслях. «К ак же все будет теперь?» Они с Еленой хотели пожениться, когда Никита уедет учиться в институт, но теперь это означало бы в глазах малыша Ивана измену его матери, и Никита Ильич только продолжал твердить свое «Как же все будет?», действи­ тельно, не зная, как повернется теперь его жизнь. 51