b000002131

— Конечно! — с готовностью сказал Роман, отбрасывая книгу. — Идемте сейчас же! В Десятины (так по давней привычке назывался луг, где колхозникам отводились покосы для своего хозяйства) со­ брались все вместе, оставив домовничать деда Антона, который чувствовал себя нездорово и тихо стонал на печи. Впереди бежал Алик, веселый, открытый для всех ра­ достей этого залитого солнцем мира. Он то и дело во звра ­ щался к Роману то с одуванчиком, то с гладким камешком, то с пером птицы, надеясь, что опять завяжется какая-ни­ будь интересная игра. В Десятинах учитель, отважно подставляя солнцу кру­ тые, густо обметанные крупными веснушками плечи, шир­ кал косой по траве. Увидев домочадцев, он хрипло выдавил из пересохшего горла: — Пить принесли? — Пей, отец, пей, — подавая ему кувшин, обернутый берестой, сказала Анна Васильевна с дружелюбной на­ смешкой, установившейся у нее в общении с мужем. «Пей, отец, пей», — повторила про себя Елена Петровна, и на короткий миг ей стало грустно от зависти к этому спо­ койному деловитому счастью. Было жарко, сухо; от ржавого лугового водоемчика под­ нимался пар — казалось, накаленный воздух лениво и густо струится над землей. Косы быстро сбивались; вянущее сено, которое ворошили женщины, припахивало теплой прелью, и этот дурманный запах слегка кружил голову, пу­ тал мысли. — Хватит. С отвычки у меня, отец, руки плетьми вис­ н у т ,— сказал Роман. Отойдя в тень чахлых кустов ольшаника, он лег и сразу заснул. —- Т ы уж не неволь его, отец, — сказала Анна Василь­ евна. — Ни свет, ни заря дед на рыбалку увел его, а теперь ты мучаешь. — Вечно вы с жалостью, — проворчал Никита Анто­ нович. Когда упала жара, Роман ходил к реке купаться, а вер­ нувшись, сам предложил, к радости Никиты Антоновича, ночевать в Десятинах. — Сейчас мы дымничок против комаров устроим, — су­ етился учитель, забыв про все обиды. — Вы, бабы, помоги­ те нам дровец набрать и ступайте домой, ступайте... 214