b000002131

М О Р О З Село просыпалось. Еще глубокой ночью из сторожки конного двора без полушубка, без шапки вывалился сторож и сел на жесткий смерзшийся снег, очумело озираясь по сторонам. На скло­ не лет старик был зябок: чтобы сохранить побольше тепла в печи, рано закрывал трубу и потому частенько угорал. С четверть часа сидел он на снегу, вдыхая сухой колкий воздух, потом скребнул ногтями по твердому насту, набрал в горсть жгучего снега и, вытерев им лицо, вернулся в сто­ рожку. Спустя некоторое время по всему селу, то здесь, то там, захлопали двери, завизжал снег под валенками, по­ слышались женские голоса и смех: колхозницы шли на фермы. А когда посинело стылое небо, и этот стылый свет упал на снежные поля, на заметенные крыши, на облеплен-, ные снегом деревья, то на улицах и на дорогах, ведущих к селу, замелькали маленькие фигурки школьников первой смены. Был понедельник — «тяжелый день». Но для Ивана Лу ­ кича Игумнова он неожиданно обернулся праздником. Ут­ ром приехал шурин. Для любимого братца Анна Кирья- новна выставила на стол водку, жареное и мороженое сало, соленые огурцы, моченые яблоки, словом всю свою погреб­ ную снедь, и, пока мужчины выпивали под эту скороспе­ лую закуску, уже хлопотала над тупой мясорубкой, с хряс­ ком прогоняя через нее мясо для пельменей. Иван Лукич от полноты чувств подмигивал себе в зеркало. Прежде чем выпить, он ловил вилкой скользкий грибок с кольчиком лука, разглядывал прадедовскую лампадку на свет, жму­ рился и сладким голосом говорил: 203