b000002131

Утро радовало председателя. Предвещая ведро, оно за* нималось медленно, неярко, в спокойных золотисто-розовых тонах, и на небе долго истаивал круторогий месяц, а уж ес­ ли рога у него круты, то хорошей погоде быть наверняка. Перед уходом из дому Репкин, следуя своему обычаю, заглянул в записную книжку, куда заносил по пунктам неотложные дела на грядущий день. Их было двенадцать. Пункты третий и двенадцатый почему-то соединялись через поле жирной дугой, и Репкин обратил внимание прежде всего на них: «Жеребят за реку»; «Поговорить с А . Раз- дольновым». «А г а !» — вспомнил Репкин и острым выдвижным ка­ рандашиком поставил у вершины дуги восклицательный знак. З а окном придурковатый пастух Федя-черт затрубил в пионерский горн. День начался. 9 И дуга и двенадцатый пункт появились в записной книжке председателя накануне, после разговора с участков вым милиционером Анчуткиным. Вечером Репкин уже снял косоворотку и с удовольстви­ ем облачился в городскую пижаму, когда участковый з а ­ стенчиво поскребся к нему в окно. — Выдь на минутку, Григорий Иваныч. — Да ты заходи сам,-— пригласил Репкин. — А кто у тебя? — Никого. Свои только. — Нет, ты лучше выдь. Покурим на завалинке, по­ думав, ответил Анчуткин. Репкин вышел. Они уселись, свернули по толстой ци­ гарке крепчайшего самосада и задымили. Анчуткин молчал. Свет месяца лег на крыши изб, протянулся стальной по­ лоской по колодезному журавлю, качнулся в пруду, потре­ воженном всплеском рыбы, и где-то на дальнем конце села стал, должно быть, виною припевки, отчетливо прозвучав­ шей в тишине вечера: Эх, миленок, черны очи, Погоди меня ласкать! Очень светлы стали ночи Могут люди увидать. 6 Заказ № 407