b000002130

может плакать такими обильными слезами. Женщина закрыла лицо рука-ми, и слезы текли у нее между паль ­ цами до самых локтей. Сгорбившись, она пошла прочь, спотыкаясь и семеня, когда особенно сильный порыв вет­ ра толкал ее в спину. — Ну и зверь ты, Матюшка, — сказал Герасим., д р ож а ­ щими руками доставая из мятой пачки папиросу.—Истый зверина хичный, только и слов. — Нешто можно так с живой-то душой? — укориз­ ненно вздохнул Сергиян. Матвей не ответил. Он, как и всегда, работал ловко, сноровисто, и его невозмутимость в -конец разозлила плот­ ников. — А вот тюкнуть его обушком разок-другой, он, гля­ дишь, и отмякнет, — вспылил Герасим, враждебно глядя на Матвеевы лопатки, плитами ходившие под гимнастер­ кой. — Авось отмякнет, — поддакнул Сергиян. — Никак я этого не понимаю, чтобы, значит, человека от себя гнать, как собаку. — Д а что вы р а с к а р к а л и с ь ?— выпрямился Матвей.— Знать не знаете, что между нами вышло, а беретесь су­ дить — рядить. — Баба-то ведь какая! — с тоской ск а з ал еще не опомнившийся Герасим. — Так бы ручейком и побежал ей под ноги... — Вот-вот, — усмехнулся Матвей, — в самый раз. А мне она, все равно что червяк — взял бы да и растоптал, не заметил. — Это почему же, червонный мой? — прищурился на него Сергиян. — Д а уж т а к она себя показала передо мной. — Это как же, значит? — Скажу. — Ну-кось. — Сказ короткий. Обещала ждать, а приезжаю из а р ­ м и и— она за вдовца вышла, старика пятидесяти пяти годов. Чем же, спрашиваю, он тебя взял? Д а показал, говорит, книжку на сорок семь тысяч, обещал на меня перевести, я и пошла... — А он, значит, возьми да и прижми денежку-то? — с интересом спросил Сергиян. — Нет, дело у них без обману сладилось. 152