b000002130

А Сергиян, видимо, тронутый внезапной грустью, с ко­ торой и не только на глубоких стариков набегают воспо­ минания о молодости, вздохнул и тоже сказал: — Жизнь в деревне легкая пошла: ишь, какие бабы выгуливаются. Р ан ьше-то т ак ая на работе ср а зу свянет, а э т а — н а ж поди! Женщина была красива заметной, броской красотой, на которую нельзя не обратить внимание, как на яркий свет. Она сама зас т авляла смотреть на нее, мучила, ка к жажда , бередила в душе что-то стихийное, звавшее жить безрассудно, вольно, очертя голову. — Эх, папаша, видели? — торопливо спросил Гера ­ сим. Когда-то, давным-давно, в сырую теплую ночь апреля, выйдя из лесу, они увидели низко над горизонтом боль­ шую лучистую звезду. Она р а зли в ал а в воздухе прозрач­ ный голубой свет, и Сергиян сказал, что это солдаты на учении пустили ракету. Они долго смотрели на нее, но звезда продолжала гореть, неся н а д полем и лесом свой прекрасный свет, и постепенно какое-то странное чувство овладело ими обоими. Они вдруг шепотом заговорили о том, что хорошо бы получить выгодный подряд, сколо­ тить побольше денег, сунуть их своим бабам, а самим пуститься по вольному свету с одним топором и отвесом. И вот опять словно взошла перед ними эта звезда. Сер­ гиян только вздохнул, а Герасим, как и тогда, торопли­ вым шопотом повторял: — Ах, папаша, да что ж это такое! Что ж это такое, а? И тем более непонятно было плотникам, почему Мат ­ вей гонит от себя эту женщину. — Матюша, — каким-то раненым голосом говорила она, — возьми меня к себе. — Д а уйди т ы ,— опять сказал Матвей. — Слезы мне твои, все равно что вода. — Деревянный ты... — Задеревенел, это точно. — Скажи, что возьмешь... — Никаких таких слов не будет, ступай. — Не уйду я. — Надоест — уйдешь. Матвей повернулся к ней спиной, выдернул из бревна топор и м елкими плотницкими ударами погнал вдоль него длинную щепу. Трудно было поверить, что человек 151