b000002130

боватого света прожекторов, и вдали погромыхивало, словно перед грозой. — Смотри, к дождю, — шутили делегаты, не подозре вая, что они уже находятся в той самой войне, которая всегда одинаково рисуется только в тылу, а на самом деле принимает тысячи самых разных обличий. Утром их доставили на машине в расположение арт- дивизии. Там, в блиндаже, был накрыт стол; веселый ро­ зовощекий полковник с вдавленным шрамом на лбу б л а ­ годарил делегатов, ж а л всем руки, целовал со щеки на щеку. Потом им показали пятнистые, ка к ящерицы, вры­ тые в землю пушки, тягачи, бронетранспортеры, походные кухни и сказали, что вон за тем леском, в пяти километ­ рах отсюда, находится он. Настасья во все глаза смотрела н а этот голый, оку­ танный фиолетовой дымкой лесок. Был он точь-в-точь такой же, как под Токовцом — молоденький, чистый, ров­ ненький ,— и эта похожесть снова тронула сердце Н а ­ стасьи уже знакомой болью за родную землю. Вернувшись в Токовец, она, как с ней ни бились, не смогла ничего рассказать односельчанам про войну. — Все видела, — твердила она. — И пушки видела, и танки, и бомбы эти самые... Ну прямо, как поросята, гладкие. И его в и д е л а . Привели до командира пленного мальчонка мальчонкой. Конопатенький, белый... Того гляди зеленые сопли распустит... А городов, сел наших побитых — ужасть! Я вся слезами изошла... Не надо вам, бабы, этого слышать, не приставайте. Последняя военная весна долго выстаивалась в не­ стерпимом сиянии морозного солнца. Давно уже минул март; зазолотели каждой своей веточкой тополя, навост­ рившие липкую почку; очистились крыши, запахло у скотных дворов оттаявшим на солнечном припеке н аво ­ зом, а в поле снега все еще лежали чистые, неподточен- ные и голубовато искрились, словно сахар на изломе. «Часом Кончится», — говорят обычно про такую весну. И верно. Ночью ветлы над прудом стучали ветвями, ухало на крышах железо, и тому, кто полусонный, боси­ ком выскакивал в потемки сеней, чудилась снаружи ка- кая-то возня, какое-то чмоканье и плескание, словно там хлестали по стене мокрой тряпкой. Затем в дни, насту­ пившие вслед за этой ералашной ночью, все ненадолго смешалось в Токовце. На улицах, разбрасывая клочья 137