b000002129

являясь и в парке, где они гуляли, и на танцевальной пло­ щадке, и на пляже. Он в самый неподходящий момент, отфыркиваясь от налипшего на нос пуха одуванчиков, вы­ скочил в пойме из кустов, залаял, запрыгал, но ему с обес­ кураживающим раздражением крикнули: — Да уйди ты, проклятая собака! Зимой оп сопровождал Соломина и Александру в лыж ­ ных прогулках. Прекрасна была зимняя синева на грани дня и ночи, казавшаяся Соломину волшебным светом ска­ зок, в котором из темных урочищ одиноко и робко выходит холодная Снегурочка. Вдали переливалась гряда городских огней, а в пойме среди снегов все обнимала эта быстро гу­ стеющая синева, и перед таинством прихода ночи иа мину­ ту какое-то смущение охватывало Соломина и Александ­ ру — они останавливались, боясь потревожить тишину скрипом снега, замирал и Чук, насторож енно поднимая уши, и, когда вдруг резко падала неприветливая зимняя темнота, всем троим особенно дорога становилась их пре­ данность и любовь друг к другу. В избытке нежности, ста­ раясь соприкасаться плечами, Соломин и Александра мед- ленпо двигались рядом, а Чук восторженно взлаивал и, взрывая снег, носился вокруг них. Дома они затапливали печь. Александра, поджав коле- пи к подбородку, садилась на полу, из комнат, потягиваясь, сходились к огпго собаки, и все завороженно смотрели па хаотическую пляску огня в печи, а Александра восседала среди них, точно высеченный из темного дерева языческий божок — тонколицый, молодой, грациозный, озорной и мудрый. Иногда в такие минуты Соломин с какой-то пугающей отчетливостью ощущал смысл пословицы «Чу­ жая душа — потемки» — так недосягаема и непонятна ста­ новилась для него Александра в ее слитности с природой, с этим зверьем, неприятна в ее неприязни к комнатам и любви к болоту, лесу, снегу, непонятна в недевичьей сво­ боде, зрелости и в то же время чистоте ее взгляда на лю­ бовь, какой, вероятно, дается близостью все к той ж е ма­ тери-природе, и ему порой начинало казаться, что предан­ ные, рабские, обожающие глаза Чука больше понимают ее, чем он. Ах, с какой мучительной пытливостью всматривался он тогда в ее смуглое, тонкое, с глубоко вырезанными ноздрями и малахитовыми глазами лицо! В сухой, жаркий, ветреный день июля Чук вместе с Александрой провожал Соломина на фронт. В толпе ему