b000002129

О .................................................................................................. * На стройке он поселился в длинном дощатом бараке молодежного общежития, где по распоряжению начальни­ ка строительства ему освободили просторную комнату с двумя окнами. Окна промыли с мелом. Он был рад, что у него есть пристанище, где он может спокойно отдохнуть, когда ему вздумается, потому что уже не надеялся н а свои силы, но оказалось, что днем в комнате находиться невоз­ можно. Окна открывать было н ельзя из-за пыли, оранже­ во-бурой тучей наползавшей из котлована, а оттого, что их недавно промыли, в комнате к нестерпимой духоте приба­ вился еще нестерпимо резкий свет каленого степного заволжского солнца. Затем и ночи его стали лишены покоя. Как это всегда бывает, люди , бок о бок живущие с вели­ ким человеком, постепенно привыкают замечать только внешнюю сторону его жизни, забывая о той сложной внут­ ренней работе, которая постоянно совершается в нем, и видят рядом с собой лишь обыкновенного члена общества или семью со всеми неудобствами его трудного характера. Комендант общежития вскоре решил, что одни старик за­ нимает недопустимо много места в переполненном бараке, п поселил к нему еще четырех студентов-журналистов, от­ городив для него угол простынями, но среди журналистов оказалась девушка, и угол пришлось уступить ей. Ночью журналисты храпели, а один из них громко бредил во сне газетными штампами: «Мы ехали по степи. Пахло чабре­ цом и полынью...» Есть тоже приходилось кое-как. Желудок его уже не выдерживал тяжелой мучной пищи, а в столовых, пе имев­ ших холодильников, изо дня в день готовили вермишель — суп с вермишелью, вермишель с маслом, вермишель о сы- ром, вермишель о томатным соусом... Он покупал в пере­ движной лавке сушеные финики, насыпал их в полевую сумку, а потом ел где придется, запивая водой из бачка,— в прорабской, на земснаряде, в котловане. Однажды знакомая боль тугим обручем опоясала ему сердце; он отошел за глыбы ссохшейся глины, сел, прива­ лясь спиной к их острым выступам, стиснул зубы и закрыл глаза. Мимо, сотрясая землю, тяжело урча и воняя вы­ хлопными газами, проходили многотонные самосвалы, и в сравнении с мощью этих тонн была как-то особенно обна­ ж ена перед болью беззащитная хрупкость сердца. Но слу­ чилось это в один из первых дней, а потом, высохнув