b000002102

■ (;0'к'рМія истины.'!' йібі дѣяніе можетъ быть преелѣдуемо какъ порча акта, коль скоро документъ принадлежитъ какому либо третьему лицу. Въ виду сего и такъ какъ при- готовленіе кь преступлѳнію ненаказуемо, не предстоитъ рѣшительпо никакихъ достаточныхъ основаніі дѣлать въ этомъ отпошеніи исключеніѳ по отношенію къ преступленію подлога. На этотъ истинный путь вступило въ настояні;ее время и Германское Уложеніе, требующее для наказуемости подлога признака пользованія онымъ (сран. §§ 267 и 270). лі*і''* Съ ограниченіемъ подлога лишь случаями употребленія документа за- вѣдомо фальшиваго или подложно измѣненнаго настоящаго документа над- лежитъ исключить изъ понятія подлога не только фактъ фабрикаціи или передѣлки настоящаго документа, но и обѣ остальныя изъ существующихъ въ нашемъ законѣ спеціальныхъ формъ подлога, и именно: 1 ) пользованіе хотя настоящими, но чужими документами, ибо проживательство по чужому пас- порту или предъявлепіе его въ удостовѣреніе своей личности и т. п. со- ставляетъ не подлогъ, а еокрытіе своей личности предъ общественною властью, и 2) еообщеніе на словахъ или на письмѣ различнаго рода ложныхъ свѣ- дѣній, веденіе ложной отчетности и т. п., ибо всѣ вредная подобнаго рода дѣйствія иогутъ быть преслѣдуемн какъ мошенничество, утайка, злоупотреб- леніе довѣріемъ и т. п., а отнюдь не какъ подлогъ, въ письменныхъ актахъ и документахъ. Единственное исключеніе въ этомъ отношеніи, какъ то уже развито нами выше (стр. 200 — 201), должно быть допущено относительно того случая, когда ложное показаніе служитъ основаніемъ для составления на основаніи его должностнымъ лицомъ оффиціальнаго или публичнаго акта, а потому можетъ быть разсматриваемо какъ участіе въ служебномъ подіогѣ Таковы случаи: участія частныхъ лицъ въ подлогахъ лицъ должноетныхъ; участіе частныхъ лицъ въ подлогахъ нотаріусовъ и соотвѣтствующихъ имъ учрежденій — причемь безразлично знало ли или нѣтъ должностное лицо о под- ложности составляемаго имъ акта — и ложныя показанія при составленіи ак-і» товъ еостоянія, т. е. актовъ о рожденіи, бракосочетаніи и смерти. Такое исключеніе допущено и въ Германскомъ Уложепіи (срав. §§ 271 — 273), причемъ виновные подвергаются наказанію за самый фактъ составленіа фальшиваго документа, т. е. хотя бы они и не сдѣлали изъ него никакого употребленія. Это исключеніе оправдывается вполнѣ тѣнъ соображеніемь, что частное лицо сдѣлало съ своей стороны все то, что было необходимо для вовлеченія доджноетнаго лица въ заблужденіе и достигло цѣлн своей преступной дѣятельности — создать оффиціадьное или публичное доказатель- ство своего права. То соображѳніе, что оно можетъ этимъ актомъ не воо-'Ь пользоваться внослѣдствіи не играетъ въ этомъ случаѣ рѣшительно никакой роли, ибо, во 1-хъ, дѣяніе со стороны должностного лица является внолнѣ оконченнымъ, во 2-хъ, не отъ воли виновнаго зависитъ уничтожить однажды подложно составленный актъ (напр. актъ о рожденіи кого либо); въ-третьихъ,?* •весьма многіе изъ актовъ этого рода не преднолагаютъ даже и употребленія ихъ въ строгомъ смыслѣ этого слова, а совершаются лишь для удоетовѣ- ренія извѣетнаго событія,— таковы, напримѣръ, акты еостоянія, купчія крѣь иости, гипотечныя отмѣтки и т. п. ..гмымзлцо и іГівкінгі,'К|а оат-ои атгжг. (