b000002102

Ст. 1692, 1537 и 1538. 353 не упоминается не только о видахъ корыстныхъ, но о какихъ бы то ни было видахъ вообще, а говорится лишь объ актахъ, могущихъ служить доказательствомъ права на имущество или же принятыхъ кѣмъ либо обя' занностей — каковое обстоятельство свидѣтельствуетъ самымъ несомнѣннымъ образоиъ, что подлогъ 1692 ет. отличается отъ подлога 1537 — 1538 ст. евойствомъ или родомъ поддѣлываемнхъ докумѳнтовъ, или, иначе, что под- логъ документовъ, означенныхъ въ 1692 ст., почитается подлогомъ изъ Еорыетныхъ видовъ въ силу самаго закона, и потому совершенно независимо отъ цѣли или свойства намѣренія преступника; в) къ тому же самому заклю- ченію приводятъ не только мотивы къ 2187 (1692) ст. Проекта Уложѳ- нія 1845 г., изъ коихъ видно, что составители хотѣли сосредоточить въ этой статьѣ веѣ подлоги, имѣющіе какое либо отношеніе къ нарушенію права собственности (см. стр. 346), но и самый текстъ 1959 ст Проекта означеннаго Уложенія, изъ коего яветвуетъ, чго составители предполагали противоположить подлогу 1692 ст. лишь поддѣлку частныхъ документовъ для оекорбленія чести (1 ч. 1969 ст., а нынѣ ст. 1537) и поддѣліі^у письма или бумаги безъ веякаго намѣренія оскорбить, повредить иди сдѣ- лать какую либо непріятность, и безъ корыстныхъ видовъ „единственно по шалости или для шутки" (2 ч. 1959 ст., а нынѣ ст. 1538); г) кроіѣ того, не слѣдуетъ упускать изъ виду, что законодательство наше прини- маетъ за основаніе различной наказуемости подлоговъ значеніе и важность самаго поддѣльнаго документа (срав. ст, 291—294, 300, 1690 — 1692), а отнюдь не то намѣреніе или цѣль, которую могъ имѣть самъ фальсифи- кагоръ; д) въ хакомъ же смыслѣ разрѣшается разсматриваемый нами вопроеъ и Кассаціоннымъ Департаментомъ, коимъ разъяснено, что наказаніе за подлогъ не обусловливается существованіемъ у подеудимаго корнетнаго намѣрѳнія; по- этому ет. 1692 можетъ быть примѣнима и въ тѣхъ случаяхъ, когда ви- новный дѣйствовалъ изъ личныхъ, хотя бы и не корыстныхъ видовъ (1872 г. й 368, Григорьева) и что для примѣненія 1б92 ст. необхо- димо только, чтобы поддѣланный документъ по роду своему имѣлъ значе- ніе акта, могущаго служить доказательствомъ правъ на имущество (1871 г. № 1401, Бойко) или же принятыхъ на себя обязанностей (1873 г. ."^ 943, Шушпалова). Мы старались доказать, что ст. 1692 преду сматриваетъ поддѣлку всѣхъ такихъ домашнихъ бумагъ, когорня могутъ елужигь доказательствомъ правъ на имущество или же принятыхъ на себя обязанностей, хотя бы виновный въ составленіи такихъ подложныхъ бумагъ и не имѣлъ корыст- наго намѣренія. Однакоже это правило допуекаетъ, по необходимости, одно исключеніе, и именно въ отношеніи къ тому виду подлога, который назы- вается подложнымъ измѣненіемъ содержанія настоящихъ документовъ, ибо подведеніе сего вида подлога подъ ту или другую статью закона должно, конечно, обусловливаться содержаніемъ самаго подлога, Такъ напримѣръ, прибавившій подложно къ подписи должника слова „осужденный за мошен- ничество", или къ подписи кредитора слово „роетовщикъ", быдъ бы, ко- нечно виновенъ въ подлогѣ 1537, а отнюць не въ подлогѣ 1692 статьи. У10Л0ВН0І ПРАВО 23 иДІ'іЬ )11И1Ц11.1|Ц||»| іі]ЧІііЦ(и|іііі