b000002102

352 Подлогъ частныхъ бумагъ. дяемыхъ, актовъ и бумагъ, которые въ дѣлахъ исковыхъ или тяжебныхъ или же въ дѣлахъ торговыхъ, могутъ быть по закону принимаемы въ до- казательство права на имущество, или принятыхъ кѣмъ либо обязанностей"; ст. 1537 грозитъ наказашемъ тому, „кто поддѣлаѳтъ письмо или иную бумагу отъ имени другаго для оекорбленія его чести, или же хотя и безъ корыстннхъ, означенныхъ въ ст. 1692, видовъ, но съ намѣреніемъ пре- пятствовать въ какихъ либо дѣлахъ или же иннмъ образомъ вредить ему " ; ст. 1538 предуематриваетъ „поддѣлку письма или иной бумаги отъ имени другаго не съ намѣреніеиъ оскорбить оное, или вредить ему, но для какихъ либо, хотя и некорыстныхъ, видовъ". Этотъ перечень опредѣленій, данныхъ нашимъ Уложеніѳмъ различнымъ видамъ подлога частныхъ бумагъ, приводитъ къ необходимости установить строгое разграниченіе между отдѣльными случаями подлога, тѣмъ болѣе, что законъ облагаетъ каждый отдѣльный видъ подлога и особымъ наказаніемъ. По нашему мнѣнію, различіе между поименованными выше случаями подло- говъ заключается въ слѣдующемъ: 1. Предметомъ подлога 1690 ст. могутъ быть исключительно лишь нотаріадьные акты, т. е. показаніе документа, будто бы, совершоннымъ или явленнымъ у крѣпостныхъ дѣлъ, нотаріуеовъ или шаклеровъ (см. выше, стр. 345). Сюда же слѣдуетъ причислить и духовння завѣщанія, хотя бы и домашнія, ибо поддѣлка ихъ приравнивается закономъ къ поддѣлкѣ но- таріальныхъ актовъ (ст. 1691). Въ противоположность 1690 ст., объек- тами 1692 и 1537 — 1538 ст. Улож. могутъ быть лишь тѣ изъ подлож- ныхъ документовъ, которые составлены виновными домашнимъ порядкомъ. 2. Ежели сопоставить между собою 1692 ст. съ одной и ст. 1587 — 1538 съ другой стороны, то, слѣдуя буквѣ закона, пришлось бы признать, что всѣ означенныя законоположенія предусматриваютъ подлогъ однѣхъ и тѣхъ же бумагъ, и что все различіе между ними заключается лишь въ свойствѣ намѣренія преступника: корысть (ст. 1692), желаніе оскорбить, препятство- вать въ дѣлахъ или причинить вредъ (ст. 1537), и какіе либо иные виды (ст. 1538). Однако же разумъ закона обязываетъ заключить, что ст. 1692 отличается отъ 1537 — 1538 ст. вовсе не свойствомъ намѣренія, а самымъ родомъ или свойствомъ документовъ или бумагъ, и именно, что предметомъ 1692 ст. могутъ быть лишь тѣ изъ домашнихъ актовъ, которые могутъ служить на еудѣ доказательствомъ права на имущество или же принятыхъ кѣмъ либо обязанностей, и что подлогъ такого рода актовъ, какъ преду- сматриваемый спеціально 1692 ст., не можетъ быть подводимъ подъ дѣй- ствіе 1537 — 1538 ст., хотя бы было доказано, что обвиняемый неимѣлъ вовсе корыстной цѣіи. Доказательства: а) 1537 ст. Уложенія гласить: „если кто поддѣлаетъ письмо или иную бумагу, для оекорбленія чести какого либо лица, или же, хотя и безъ корыетныхъ, означенныхъ въ 1692 ст. сего Уложенія видовъ". Отсюда явствуетъ, что подлогъ 1537 ст. не устраняѳтъ возможности корыстнаго намѣрѳнія, а требуетъ лишь, чтобы эта корыстъ не заключалась бы въ тѣхъ корыетныхъ видахъ, о коихъ гово- рится въ 1692 ст. Уложенія; б) вопреки указанію 1537 ст., въ ст. 1692