b000002102

Внѣшнее дѣйствіе. 229 воспользоваться имуществомъ Кожевникова, употребилъ не обманъ, а под- логъ, заключавшійся въ томъ, что опъ выдалъ ему въ удостовѣрепіе своего долга вексель, подписанный другимъ лицомъ отъ своего (?!) имени, съ цѣлію лишить его возможности воспо.ііьзоватьея этимъ векселемъ. Хотя такого рода подложное составлѳніѳ векселей, по признакамъ своимъ, не подходитъ прямо подъ ст. 1160, ибо подсудимый поддѣлалъ не чужую, а свою подпись на векселѣ и не предъявлялъ его ко взысканію, но Правительствующимъ Сѳ- натомъ по дѣлу Голдавскаго, 1869 г. № 992, уже разъяснено, что ст. 1160 должна быть примѣняема по аналогіи и къ лоддѣлкѣ на векселяхъ своихъ подписей, съ цѣлію лишить кредитора возможности доказывать дѣйстви- тельность долга. Такииъ образомъ, по теоріи Сената, выходитъ, что под- дѣлка своей подписи можетъ быть разсматриваема какъ подлогъ, несмотря на то, что подпись заключаетъ въ себѣ имя настоящаго векселедателя. Приступая къ критикѣ этого рѣшенія, необходимо прежде всего замѣтить, что и самъ Сенатъ признаетъ, что подобное дѣяніе не подходитъ подъ признаки подлога 1160 ст. Казалось бы, что послѣ таковой посыдки, стоя- щей во главѣ рѣшенія высшаго судилища имперіи, мы вправѣ были бы ожи- дать или отмѣны приговора, или же, въ противномъ случаѣ, приведенія доказательствъ, что поступокъ Бухановекаго составляетъ преступленіе и при томъ преступленіе подлога 1160 ст.; на дѣлѣ же мы видимъ, что Сенатъ ограничивается лишь ссылкою на рѣшеніе свое по дѣлу Голдавскаго, изъ разсмотрѣнія котораго оказывается, что Сенатъ въ обсужденіе разематри- ваемаго нами вопроса не входидъ, а призналъ выданный Голдавекимъ вексель подложннмъ единственно лишь по тому соображенію, что на немъ было учинено подложное засвидѣтельетвованіѳ маклера '). Не имѣя такимъ образомъ въ виду никакихъ доводовъ Сената въ пользу защищаемаго имъ взгляда, мы считаемъ возможнымъ ограничить нашу критику лишь слѣдую- щими общими замѣчаніями: 1) поддѣдка своей подписи — юридическій абсурдъ, поп 8еп8, ибо каждый вправѣ росписываться на всякомъ документѣ такижъ почеркомъ, какимъ ему то заблагоразсудится, тѣмъ болѣе, что понятіе подлога не предполагаетъ вовсе поддѣлки чьего либо почерка; 2) точно также не можетъ почитаться подлогомъ и росписка на документѣ за дру- гаго, по его проеьбѣ, ибо подлогъ есть выдача еоставленнаго мною доку- мента за документъ составленный другимъ, а документъ, подписанный моимъ именемъ другимъ, по моей просьбѣ, будетъ, очевидно, документомъ моимъ, а не чужимъ, и потому настоящимъ, а не подложнымъ. Возможность отри- цанія подписи не можетъ придать настоящему документу характеръ подлога, ибо, во 1-хъ, можно отрицать и свою личную подпись; ва 2-хъ, можно самому росписаться на актѣ почеркомъ чужимъ и доказывать, что онъ не мой; въ 3-хъ, отрицаніе подписи составляетъ по закону простое ябедниче- ство или сутяжничество, за которое 562 ст. Уст. Гражд. Судопр, грозитъ денежнымъ взысканіѳмъ отъ 10 — 300 рублей. Кроиѣ того не слѣдуѳтъ 1) Вѣроятно, Сенатъ руководствовался при рѣшеніи дѣла Бухановекаго Уложеніемъ изданія Таганцева, въ которомъ сущность рѣшеиія Сената по дѣіу Голдавскаго изложена произвольно и въ искажениомъ видѣ (Тагандевъ, Уложеніе, тезисъ 1901).