b000002102

п^ Общее ученіе о нодлогѣ. ственнаго мѣсіа, нричеыъ въ сііособѣ изложенш ея сохранены всѣ формаіьносін, іірцдаю- щія бумагѣ характер!, оффиціальныі Подложное составлепіе какого бы то ни было рода оффиціальной бумаги оть имени правигеіьствепнаго учрежденш и упогрѳбленіе ея нредусмотрѣно 294 ст., изъ точнато смысла которой нельзя не придти къ тому убѣжде- нію, что сущеотвенпымъ признакомъ этого преступленія слѣдуетъ считать то, чтобы подложно составленная бумага сооівѣтсгвовала вообще установленнымъ закономъ и практикой формамъ оффиціальныхъ документовъ, и всіѣдсгвіе сего могло ввести въ за блужденіе относительно своей подлинности; значеніе же, иридаваемое 294 ст Окруж- нымъ Судомъ, не вытекает ь вовсе изъ смысла ея, такъ какъ въ ней ничего не гово- ригся о томъ, чтобы подложное составленіе отъ имени какого либо правительсгвеннаго учреждения бумаги тогда только подвергало бы виновнаго отвѣтственностп, есіп учреж- деніе то на самомъ дѣіѣ употребляетъ бумаги подобваго рода; притакомъ огранпченіи значенш этой статьи, пришлось бы оставлять безнаказанными подобныя преступленія во всЬхъ тѣхъ случаяхъ, когда виновный измѣнилъ лишь названіе бумаги, или упустплъ какую либо ничтожную формальность, установленную или соблюдаемую спеціальио ъ^і оффиціальныхъ бумагахъ какого-либо учрежденія ("1868 г., № 970, Колосова) Неважность для состава подлога соблюденія тѣхъ или другихъ фор- мальностей, сопровождающихъ составлеше, изложеніе ж выдачу, или отсылку бумаги предполагаете однакоже безусловное требованіе, чтобы бумага носила на себѣ подложные признаки того рода бумагъ, къ которымъ она принад- лежитъ и вслѣдетвіе сего могла бы ввести въ заблужденіе относительно того обстоятельства, что она дѣйствительно могла исходить отъ того мѣста или лица, отъ коихъ она показано исходящею поддѣльщикомъ. Весьма поучительный примѣръ представляетъ въ этомъ отношеніи дѣдо священника Смирнова (1876 г. X. 229). Священникъ Смирновъ былъ преданъ суду по обвиненію въ соетавленіи и отеылкѣ по начначенію подложнаго отношенія отъ Еанцеляріи Калужскаго вожнскаго начальника на имя Перемышдьскаго воинскаго начальника При разсмотрѣніи этого дѣла на судѣ, свидѣтель Перемышльскій уѣздный воинскій начальникъ показалъ, что подложность присланнаго на его имя отношенія, по формѣ сего послѣдняго, прямо бро- салась въ глаза неправжльнымъ употребленіемъ буквъ М. В. („Министерство Военное"), вмѣсто яМосковскій военный округъ", неправи.тенымъ названіемъ его свидѣтеля. воинскимъ начальникомъ Перемышльской внутренней стражи, неправильнымъ подписаніемъ бумаги: „за Еалужекаго вожнскаго начальника аудиторомъ", тогда какъ должность аудитора не существуетъ уже со вре- мени введенія въ Калужской губерніи новыхъ военныхъ еудебныхъ учреж- денш, и аудиторъ по военнымъ закономъ, за воинскаго начальника, подпи- сываться не можетъ, и наконецъ, самымъ содержаніемъ бумаги, ея безсвяз- ностіто и такими выраженіями, какъ напримѣръ:- „попъ", вмѣсто „священ- никъ", словомъ, бумага эта не могла ввести въ заблужденіе относительно своей подлинности, не только офицера, но и писаря и грамотнаго фельдфебеля, знаке - маго съ формами военнаго дѣлонроизводства. Предсѣдательствующій въ еудѣ, въ заключительномъ словѣ своемъ приеяжнымъ заеѣдате.ммъ, высказалъ, что если бы они пришли къ заключснію, что бумага, въ яодложномъ составлен! и которой обвиняется подсудимый, ни по внѣшнему своему виду, ни по внут^ реннему содержанію, не соотвЬтствуетъ оффиціальной бумагѣ, и потому вовсе не могла ввести въ заблуждѳніе относительно своей подлинности, то -(.1 .г - ^, . адда-.»1«1#мшя«е«шш*«!»*да'Ж»'" яжнявшж