b000002102

158 Ложный доносъ. ч. ѣ сюда ясно, что жзвѣтчикъ есть лицо, доводящее до свѣдѣнія власти о прѳ- ступленіи или преступникѣ; доносчикъ же есть лицо, выступающее передъ властью нрямымъ и явнымъ обвинителемъ противъ извѣстнаго лица. Сооб- разно сему, доноситель яв.іяется въ дѣлѣ въ качествѣ сыскнаго агента, разыскиваетъ елѣды преступленія, предетавляетъ доказательства въ пользу своего обвиненія, присутствуетъ при различяыхъ слѣдственныхъ дѣйствіяхъ и получаетъ право на награду, въ тѣхъ случаяхъ, въ коихъ законъ назна- чаетъ таковую открывателямъ. — Понятіе жалобы опредѣляется 301 ст. Уст. Угод. Суд., по силѣ коей жалобами признаются объявленія лицъ по- терпѣвшихъ отъ преступленія или проступка. Придерживаясь буквы приве- деннаго закона, Кассаціонный Департаментъ опредѣлидъ доносъ какъ „ обви- неніе въ такомъ преступлепіи, которое не нарушаетъ правъ самого доноси- теля" (1871 г. і№ 1889, Перримонда). Такое опредѣленіе мы не можемъ признать правильнымъ. Оенованія: а) Уставъ Уголовнаго Судопроизводства не упоминаетъ вовсе о доносителяхъ и о доносахъ; онъ называетъ лишь объявленія и жалобы, объявителей и жалобщиковъ (1 п. 297 ст. Уст. Уг. суд.); б) по смыслу 307 ст. Уст. Уг. Суд. (см. стр. 154), субъектами ложнаго доноса могутъ быть не только объявители, но и жалобщики, т. е. лица потерпѣвшія отъ преступленія; откуда ясно, что отличіе доноса отъ жалобы вовсе не обусловливается тѣмъ обстоятельствомъ, потерпѣло или не потерпѣло лицо тотъ или другой вредъ отъ заявіеннаго имъ преступленія; в) единственное отличіе жалобы отъ доноса заключается въ самомъ харак- терѣ заявленія: объявитель и жалобщикъ просто заявляютъ о преступлепіи и ежели указнваютъ при этомъ на какое либо лицо, то только лишь въ видѣ подозрѣнія; доносчикъ же есть объявитель или жалобщикъ явно обвиняю- щій въ преетупленіи опредѣленное лицо. Всякое еомнѣніе по этому вопросу устраняется яснымъ текстомъ 807 ст. Уст. Угол. Суд., предписывающей су- дебному слѣдователю или полиціи, коль скоро объявитель или жалобщикъ станутъ „явно обвинять кого либо въ преетупленіи или проступкѣ", преду- преждать ихъ о наказаніи за лживые доносы. На основаніи всего вышеизложеннаго мы приходимъ къ тому заклю- ченію, что для примѣненія 940 ст. Уложеяія безусловно необхо- димо, чтобы ложное обвиненіе было выражено въ формѣ доноса, т. е. въ формѣ объявленія или жалобы, заключающихъ въ себѣ явное обвиненіе кого либо въ преетупленіи или простункѣ. Этотъ взглядъ раздѣляется, какъ кажется, и Еассаціоннымъ Дѳпартаментомъ (1874, № 562, Богданова). Купецъ Захаръ Мипаевъ Хиіаровъ обвинялся въ преступлегііи, прѳдусыотрѣііномъ въ 940 ст. Уложенія, а именно въ томъ: что въ поданномъ въ Владикавказское Город- ское Общественное Управленіе прошеніи ноиѣстиъ слѣдующія слова: „Богдановъ, самъ уклоняясь отъ платежа пошлинъ за убой скотины, подстрекаегъ и другихъ іиць не пла- тить за это деньги, что я могу доказать". Владикавказскій Окружный Судъ призналъ Хитарова по суду оправданнымъ. Тифлисская Судебная Палата, разсмотрѣвъ дЬло по апелляціи повѣреннаго Богданова, нашла: что для состава преступленія, предусмо- трѣннаго въ 940 ст. Уложенія, непремѣнно требуется, чтобы несправедливое обвиБеніе взведено было не только въ безчестномъ, но и въ преступномъ дѣяніи. Между тѣмъ,