— 219 — Богъ же попустилъ лукаваго искусить... ну, а другова какова замѣтитъ отецъ архимандритъ, сеічасъ въ скитъ, а отца П. не захотѣлъ срамить. Во время этого разговора богомолки всѣ ушли въ женское отдѣленіе, а богомольцы стали укладываться на ночь спать. Я и москвичъ были одѣты лучше всѣхъ; насъ обоихъ величали веѣ (кромѣ повара, который всѣхъ называлъ рабами Божьими) «ваше степенство». Веѣ ложились, оставались мы только двое, не выбравшіе мѣетъ для ночлега. Еакъ вы думаете, какія мѣста намъ достались, самыя худшія? Далеко ошиблись! Самыя лучшія! Москвичъ поспѣшилъ занять худшее изъ двухъ оставшихся мѣетъ. Монастырская прислуга ходитъ каждый день, кромѣ пятницыи субботыг прислужники шьютъ, воду носятъ и другія работы исправляютъ на монаховъ. Едва только мы размѣстились, какъ поваръ замѣтилъ, что у мпогиіъ, въ томъ числѣ и у насъ, нечего было постлать, ни положить въ головы; онъ сеічасъ пошелъ за свою перегородку, принесъ нѣеколько воілоковъ, обшитыхъ тикомъ, и подушекъ. Я выпросилъ у него свѣчку и сталъ перебирать свои дневники. Едва воѣ уснули, какъ кто-то застучалъ въ окно. Москвичъ всталъ, вышелъ на крыльцо. —«Спрашиваютъ, гдѣ въ Ракому проѣхать», сказалъ онъ и опять легъ спать. Я забылъ сказать, что здѣсь былъ нищій мальчикъ, лѣтъ 10. Я его уговаривалъ лечь на лавкѣ, но онъ легъ, вмѣстѣ съ юродивымъ, почти на голомъ полу, чему я цослѣ позавидовалъ: не успѣлъ я лечь, какъ на меня напали клопы, такъ что я цѣлую ночь не могъ уснуть, зажегъ свѣчу и опять за дневникъ. С. Юрьино, 11-го января. Поутру я проснулся поздно, когда уже пришли богомольцы отъ ранней обѣдни. Богомолки засуетились, выпросили у повара самоваръ и унесли въ свою половину. Одна принесла келейнику босовики. «Спасибо, спасибо мой дорогой, спасибо, что поберегъ мои ноженьки», говорила она.—Мнѣ спасибо не надо, говорилъ онъ шутя: а тымнѣ рубль сер. дай! Та засмѣялась и ушла. Я спросилъ, какіе босовики она ему принесла?— «Да вотъ ея башмаченкн сохли, такъ я ей свои босовики давалъ>, отвѣчалъ онъ. Народу противъ вчерашняго прибавилось. Кто-то проговорилъ: «Страдницы безъ чаю быть не могутъ!»—«Да, не могутъ! а дома чай и перекусить нечего», отозвался другой. —«Всякія бываютъ; бываютъ и такія: срамничаютъ, а не страдничаютъ! Ботъ было, рабы Божіи», проговорилъ поваръ: «вотъ смѣху было! На той недѣли приходитъ сюда страдница. Я, говорптъ, дворянка! Полковницкой дочкой сказывается. Ну, полковницкой дочки отвелъ я особую кельн>.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4