— 47 — За что? — А такъ; ни дай, ни вынеси! — Это правда? — Правда, какъ перѳдъ Богомъ... — Правда, старики? спросжлъ начаіьникъ у крестьянъ сходки, — Врѳтъ, ваше благородіе! обманываетъ тебя, батюшка! загалдила вся сходка. — Да высѣкъ онъ его? спросилъ начальникъ, видя всѳобш;ее негодованіѳ. — Высѣкъ—что правда, то правда! — За что? — А вотъ за что... и было разсказано все дѣло, какъ было. — Мало тебя пороли, сказалъ ревизоръ-генераіъ и пошелъ обѣдать къ начальнику. Ревизоръ уѣхалъ, не сказавъ ни слова начальнику; тѣмъ бы дѣло должно было, казалось, и кончиться, но оно едва не имѣло ужасяыхъ послѣдствій. Наши крестьянскія семейства хвалятся: «Что у насъ въ роду воровъ не было, Ни воровъ, ни плутовъ, ни разбойниковъ!» Цѣлыя обш;ества хвалятся тѣмъ, что у нихъ воровъ отъ вѣку не было, а также и ябедниковъ и доносчиковъ. Мнѣ случалось слышать нѣскоіько разъ: «Ступай куда хочешь, спроси про нашу деревню: никто дурнова слова не скажетъ; это не то, что вотъ взять, Гора-Липовица: тѣ еш;е за нашихъ дѣдовъ конокрадами слывутъ.> Бъ числѣ другихъ и это село, объ которомъ идѳтъ рѣчь, славилось тѣмъ, что въ немъ еще за дѣдовъ не было ни ябедниковъ, ни доносчиковъ, а потому крестьяне были возмущены доносомъ, да еще нѳправымъ, свего сочлена. Перѳдъ вечеромъ крестьяне позвали па судъ доносчика въ мірскую избу. — У яасъ отродясь доносчиковъ не было, стали они говорить: — а вотъ онъ стаіъ ябедникомъ; а для того на расправу!.. Мужики придумали слѣдующую каЗнь: привязать доносчика за ноги къ переметуи зажженнымилучинамиколоть его, пока умретъ!.. Оказано— сдѣлано. Еогда стала совершаться казнь, прѳступникъ закричалъ благижъ матомъ и, на его счастье, староста услыхалъ его крики, прибѣжалъ въ избу и перерубилъ веревку, которой былъ привязанъ доносчикъ, и не медля поѣхалъ за начадьникомъ. — Что вы, братцы, хотите дѣлать? спрашивалъ прискакавшій, испугавшійся начальникъ. Бѣда будетъ!.. — За тебя, батюшка, ваше благородіе! отвѣчали мужики:—вѣдь на тебя доносилъ?!.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4