— ТІ п. В. КирѣевсЕій отправилъ его для изсдѣдованія въ сѣверныя поволжСЕІя губераіи, разомъ на ту дорогу, которая оказалась потомъ настоящею и на которой Якушкинъ и получилъ литературнуюизвѣстность. Якушкинъ взвалилъ на плечи лубочный коробъ, набитый офенскимъ товаромъ на крестьянскую руку, цѣнаостью не больше десяти рублей,—взялъ въ руки аршинъ и попіелъ подъ этимънезамысловатымъ видомъ торговца-сумошника на изслѣдованіе народности и для изученія и записыванія нѣсенъ. Взятый товаръ, подобранный больше въ разсчетѣ на слабое дѣвичье сердце, предназначалсяне на продажу, а на вымѣнъ на пѣсни и на что подойдетъ изъ подходяп];аго этяографическаго матеріала. Путь бы№ теменъ, приключеній бездна; и жердочка тонка, п рѣчка глубока: опасность на ней велика, еслп не предусмотрѣть мелкаго пустяка, какого-нибудь сучка, даже задоринки. Торговецъ Якушкинъ но грязи и бездорожицѣ, подъ защчтой случайной угрѣвн, присаживаясь на облучокъ встрѣчной и попутной тележонки, шелъ къ своей цѣли прямо. Крюки и уклоненія въ сторону онъ позволяль себѣ только по задачѣ интересноймѣстности—разумѣется, всего охотнѣе въ г-чушь, по дикимъ проселкамъ. А здѣсь честь не велика. Двѣ версты до цѣли. — Да ты не ходи: идти нельзя, волковъ много. — Одну только версту опасно будетъ, а тамъ другая верстапойдетъ полемъ,—утѣшаетъ другой. Въ другой разъ смеркдось: хорошо бы на боковую. Постучался въ одну избу—отказали; постучался въ другую—отказали съ утѣшеніемъ: <хоть не стучись — здѣсь не примутъ, иди дальше въ харчевню на большой дорогѣ». Въ харчевню также не пустили, хоть и предложена была плата за ночлегъ. Приняли въ караулкѣ. Мѣсто на грязномъ полу, на голыхъ доскахъ въ повалку съ другими — вотъ и рай, за который, по требованію, пожалуй, и хорошія деньги можно бы заплатить. А могло случиться на такую стать: въ пѣшеиъ хожденіс по Владимірской губерніи, Павелъ Ивановичъ поаалъ въ зажору по поясъ, промокъ до костей и нрозябъ до тифознаго воспаленія. Въ кабакѣ выручилъ цѣіовальникъ, изъ сердободія дерзнувшій отворить дверь и дать водки, но не осмѣлившійся оставить у себя ночевать и обогрѣться. Однако далъ онъ провожатаго, который и привелъ въ теплую избу. Здѣсь на печи, не столько водка, сколько молодыя, не надорванння силы свалили опасность вешнихъ водъ и самую воду, какъ съ гуся. Въ Переяславлѣ-Залѣсскомъ отравили его въ трактирѣ солянкой,' надо было садиться и ѣхать на лошадяхъ. Ямпі;икъ везетъ и, слушая оханья, приходитъ въ ужасъ, не далекъ отъ мысли бросить больнаго на дорогѣ, чтобы ве привезти трупъ и не очутиться въ отвѣтѣ. Надо было сдерживать оханья, чтобы обманомъ сѣсть съ другимъ ямш,икомъ и ѣхать на свѣжихъ лошадяхъ. Съ этимъ ямш,икомъ, по просьбѣ ко-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4