— ПІ опасностей и великаго множества непріятностей и уберегъ себя среди насмѣшекъ и оглядываній. Борода была густая и довольно подержанная: сѣдина уже предательски пробивалась въ ней. Павелъ Ивановичъ Якушкинъ былъ въ русскомъ нарядѣ своемъ безупречно искрененъ, а безъ него рѣшительно не мыслимъ. Бъ Петербургѣ надъ нимъ успѣли посмѣяться до того, что задали ему серьезную задачу пораздумать о замѣнѣ русскаго костюма общепринятымъ платьемъ. Для подобной оказіи разъ настояла даже крайняя нужда, когда предетавилась необходимость являться ему къ бывшему его начальнику по московскому университету, графу С. Гр. Строганову. Подозрѣвалась опасность отъ швейцара; визитъ въ мужичьемъ нарядѣ могъ показаться если не дерзостью, то насмѣшкой передъ такимъ богатымъ и гордымъ аристократомъ. Мы очень усердно хлопотали объ устраненіи этихъ внѣшнихъ препятствій, которыя въ то время намъ казались очень серьезными. Достали фракъ, одѣлн Якушкина франтомъ, весьма приличнымъ на первый взглядъ, но съ иерБыхъ же шаговъ новоставленника рѣшвлись отказаться отъ своей скороспѣлой затѣи: Павелъ Ивановичъ положительно разучился носить всякій другой костюмъ, кромѣ усБоеннаго и завоеваннаго ииъ. Бъ немъ онъ производилъ одну изъ труднѣіпіихъ работъ изученія русскаго народа, встрѣчался глазъ на глазъ съ нимъ въ самыхъ источникахъ, гдѣ тихо и скромно струятся они, въ густнхъ заросляхъ, едва примѣтные глазу и съ трудомъ доступные (доступные только послѣ многихъ усилій и при извѣстномъ исЕусствѣ). Объ исвусствѣ и работахъ его знали кое кто въ Москвѣ и очень смутно въ Петербургѣ: такъ скромна была дѣятельность этого изслѣдователя русской народности. Бъ Петербургѣ, въ значеніи литературнаго дѣятеля, П. И. Якушкинъ имѣлъ полное основание показаться новостью, и показался именно тою силой, которая копилась подъ спудомъ, но достаточно окрѣпла и дерзнула появиться лишь въ то время, когда иовѣяло новымъ духомъ и предчувствовался запросъ на людей, знакомыхъ съ народомъ, которому приготовлялась великая реформа освобожденія. Бъ видимой нованкѣ оказались, однако, старыя заслуги и старые труды. Онъ уже успѣлъ сдѣлать довольно, и одну часть работы довелъ до конца. Самое появленіе его въ Петербургѣ вызвано было веудачнымъ исходомъ эгихъ долговременныхъ и тяжелыхъ работъ. Онъ собиралъ пѣсни д-м П. Б. Кирѣевскаго. Сборникъ былъ конченъ, надо было его надобрать и окончательно приготовить къизданію. Кирѣевскій умеръ. Наслѣдникъ его передалъ его работу г. Безсонову, къ глубочайшему огорченію главнаго дѣятеля и наилучшаго оцѣнщика собраннаго матеріала. Павелъ Ивановичъ рѣшился издать собственный сборникъ, изъ записокъ личной памяти и кое катсихъ лоскутковъ. На то время пишущій эти строки успѣлъ вернуться изъ Архангельской губерніи съ двумя сборниками собранныхъ тамъ пѣсенъ. Па-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4