ПСКОВСКОЕ ПРИКЛЮЧЕШЕ СЪ ЯКУШКИНЫМЪ. „Надѣные нѣшецкое платье—вы становитесь подозрительныыъ народу; надѣньте русское— вы навлечете на себя подозрѣніе поіиціи". „Рі/сская Бесѣда". Памятное, надѣдавшее въ свое время чрезвычайнаго шуму и нослужившее предметомъцѣлой литературы, столкновеніе Якушкина съ полиціей въ Псковѣ не можетъ, конечно, быть обойдено въ его біографіи. Пожалуй, оно не лишено и общаго историческаго значенія для характеристики той горачей освободительной эпохи, отличавшейся и въ обш;ествѣ и въ литературѣ, съ одной стороны, оживленнымъпрогрессивнымъ движеніемъ, съ другой,—молодымъ протестомъ и отрицаніемъ по отношенію ко всему, что носило рутинную, мрачную печать дискредитированнаго предшествовавшаго режима. Для исторіи этого интереснаго момента въ развитіи нашей гражданственностипсковское приключеніе Якушкина—само по себѣ куріознее и траги - комическое—составляетъ, намъ кажется, не лишнюю страничку. Сверхъ того, оно очень поучительно, даже и для нашихъ дней, еш,е въ томъ отношеніи, что показываетъ —съ какими препятствіями, вепріятностями и лишеніями сопряжено у насъдля представителейиБтеллиіенціи сблвженіе съ народомъ и непосредственное, живое Езученіе его! Русскіі этнографъ съ самыми невинными и благими намѣревіями, отправляясь въ среду народа, рискуетъ собой почти въ такой-же степени, какъ иной европейскій путешественникъ, отважиБаюш,ійся проникнуть въ какую нибудь невѣдомую, дикую и заколдованную для иноземцевъ страну... Это очень грустно, но это почте такъ. Для ознакомленія вашихъ читателейсъ «псковской Одиссеей»Якушкина, мы помѣш,аемъ здѣсь его собственный живой разсказъ о ней. Возстановлять же здѣсь всю, возбужденную его разсказомъ, обширную литературу по этому предмету находимъ лишнимъ, да она заняла-бы
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4