РАБОЧИЙ КЛАСС В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ 357 Крайне напряженная работа таила~в себе роковое возмездие. Александр Федорович стал чувствовать «ощущение постоянной и усиливавшейся изо дня в депь усталости. За последнее время она превратилась во внятное физическое недомогание». Он упорно не хотел связывать его со своей усиленной работой: «Просто нездоровится. Пройдет...» Стало трудно вставать по утрам. Болела голова, ресницы покрывались корочками гноя. Но, приходя в мастерсісуіо, точно растекался в ритме своей и общей работы. И забывал». Рисуя законченный облик рабочего-обывателя, Семенов замечательно владеет чувством художественного такта. Он совсем не стремится вызвать у читателя чувство презрения к серенькому герою своей повести. Чувство грусти,—вот что является господствующим по прочтении всего произведения. И даже там, где как будто есть наличие комического, Семенов озаряет его такими элементами человечности, перед которыми смешное исчезает, уступая место серьезному настроению. Это можно проследить по интересной сцене, которая происходит в день именин жены Александра Федоровича'— Анны Ивановны. Придя утром из церііви, Александр Федорович сначала торжественно поздравил ее, а затем прочел свои сочиненныенескладныевирши. Вот как у Семенова проходит эта сцена, где комическое растворяется в трогательном. Александр Федорович начал с необычного'обращения дрогнувшим от торжественностиголосом: «Жена, поздравляю тебя с днем твоего ангела... с этим светлым и радостным для нас днем. В сей высокоторягественный час желаютебе всякого благополучия в твоей и совместной нашей жизни. И успеха, и здравствовать на много лет в добром здоровье... Ну, давайпоцелуемся...» 'А дальше несколькими штрихами Семенов хорошо изображает смущение Анны Ивановны. «Она стояла, как окаменелая. Щеки горели; чего-то было стыдно. На половине торжественной речи, первым движением протянула руку к голове сидевшего рядом сына и со страхом смотревшего на необычайнуюцеремонию». Семейная именинная вечеринка, на которой присутствует сестра Александра Федоровича вместе со своим мужем-почтамтскимчиновником, вводит нас вплотнуюв этот замкнутый круг мещанских интересов. И на фоне этого серенького обывательского бытия Семенов дает фигуру поляка Штробеля—рабочего того же завода, соседаАлександра Федоровича но станісу, неожиданно пришедшего на именины. «В мастерской про Штробеля ходилислухи, что он состоит членом какого-то революционногокружка». Его шутливо-агитационныйразговор про царя с Шурой, мальчиком Александра Федоровича, сразу
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4