238 И. Н КУБИКОВ Подкупаю? Пыли горсть в кривую рожу не швырну ему, не то, что пятак дать ..» Рядом с этим олицетворениемнизости человеческой Горький выводит искателя правды—^пекаря Шатунова. ПІатунов первый определяет большое значение слов нового работника «Зря пугаете человека. Он добро сказывает, а вы ему—уходи...» Шатунов иш;ет каких-то «верных слов», после которых перед людьми откроется счастье. Он таинственно, оглядываясь, об'ясняет: «Есть такой стих секретный—кто его знает, тот все может сделать,—это стих на счастье' Только,—весь его никому, покаместь, не дано знать,—все слова розданы по отдельным разнымлицам, рассеяныдо срока по всей земле». Горький рассказывает—^как все более внимательно относился к нему Шатунов, как онухаживалза ним будто за слабосильным и приносил часто вместо него муки или дров и предлагал замесить тесто. И на вопрос—зачем, —-бормотал, глядя в сторону. «Помалкивай. Твоя сила для других делов хороша будет... ее беречь надо, сила раз на всю жизнь дана'». Привлекательной фигурой проходит в повести ученикпекарь—брат Артема—мальчик Яшка Бубенчик Какую поазительную чуткость большого художника обнаруживает орький, изображаяпереживанияэтого мальчика' Когдапосле побоев, полученныхот старикаКузина, Яшка попадаетв больницу, а затемвыходит из нее,—он весь еш;е полоночарования больничными порядками. Переживания этого мальчика после его выхода из больницы можно так ярко изобразить только при большом знаниидетской души, еш;е не зараженнойвсеми этими ужасамирабства, нищеныи порока. В ряде увлекательных страниц Горький описывает, как он просвепі;ал пекарей, как за это получил от хозяина прозвище «Грохало», как испытывал сначала чувство отчуждения и одиночества Построениеповеститаково, что переднами, с одной стороны, взаимоотношения между ним и хозяином, и, с другой—отношение всей массы некарей к хозяину. В очерке «Мои университеты» М. Горький так припоминает об этом своем общении с рабочими-пекарями. «Чорт знает, что я говорил этим людям, но, разумеется, все, что могло внушить им надежду на возможность иной, более легкой и осмысленной жизни. Иногда это удавалось мне и, видя, как опухшие лица освещаются человеческой печалью, а глаза вспыхивают обидой и гневом, я чувствовал себя празднично и с гордостью думал, что «работаю в народе», «просвещаю» его... Но, разумеется, чаще приходилось мне испытывать мое бессилие, недостаток знаний, неуменье ответить даже на простейшиевопросыжизни, быта. Тогда я чувствовал себя сбро-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4