РАБОЧИЙ КЛАСС В РУССКОМ ЛИТЕРАТУРЕ 199 Капельзон продол^кает: «К тому же не следует забывать, что девушки работали при гораздо худших условиях, например, чулочницы, папиросницы,конвертнйцы—были более эксплоатируемы, выполняли тяжелую работу в продолжение долгих часов за очень низкую плату. Эти больше прислушивались к нашимсловам. Стремлениек образованиюи было у девушек на много сильнее. Тот факт, что большая часть членов состояла из девушек, придавалнашему движениюболее «благородный», даже идеалистическийхараіітер. Отношения между парнями и девушками были у нас в обп];ем чистые»^). Мирра не выносит ноющего тона своей замужней сестры Нахомы, ейхочется убежать от этихнудных разговоров, у ней такая жажда слов бодрых и прекрасных. Симон—ото олицетворение меш;анского благоразумия—не может пленить ее. Он полон злобы на рабочих-социалистов. «Я его ненавижу,—говорит он про Габая, всех его товаригцей, всех этих проклятых разбойников. С кем ты пойдешь? Из-за нихмы страдаем. Бороться? Ведь насраздавят, ііак червей. Я помню, что было три года назад. Избивали, высылали и смирили нас. Мы все хорошо помним ото. Голод' Никто не виноват в этом. Надо перемучиться, и опять дела поправятся. Опять будет работа...» И немудрено, что Мирра, иш,упі;ая живого слова, не находит Симона красивым, к великому удивлению Нахомы. Его внутренняя жалкая сущность набрасывает такой же серый покров и на его внешность^). Но и к Габаю питает она сложное чувство. Ее влечет к нему не столько материальная сущность любви, а то, что он является носителем высшей правды Она говорит ему: «Почему, Габай, нет слов, чтобы можно было все, все сказать? Всегда что-то остается. . самое важное, самое нужное. Я ценю тебя и все жемне страшно, когда тыговоришь: моя. Тытолько что сказаЛ'—моя. Нет, я не твоя... Я чья-то, но не твоя». Габай спрашивает,—почему не его. Мирра опять говорит о непониманиии при этом страстно целует его. И, стремясь рассеять недоумения Габая, она продолжает: «Ты не можешь понять (шопотом). Зовет меня кто-то... (смеется). «Смело вперед—рабочий народ». Это опьяняет, как вино! (устало). Это всем кружит голову. Всем голодным, угнетеннымоно кружит -) М. Рафес —«Очерки по истории «Бунда», 1923 г, стр. 14—15 ") В прекрасном рассказе Андрея Соболя «Песня песней» разработан специально этот сюжет о сочетании внутреннего и внешнего, любовь еврейской девушки к приехавшему невзрачному молодому учителю-социалисту. Внутренний прекрасный облик того человека, открывшего ей новый мир, окіраспл его внешижй облик. Ж, не замечая противоречия, она готова говорить ему при евидапии отрывками из «Песни песней».
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4