РАБОЧИЙ КЛАСС В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ 119 приголубить ее, да душа не лежит...» Деньги не властвуют над его душой. Его отношение к сбережениюматериальных ценностейжизни—пренебрежительное.Здесь он до некоторой степени является в литературе предшественникомгорьковского Челкаша; и тамитут есть, хотя и в различнойстепени, налет идеализации. Дергач уже неспособен к какому-либо устойчивому устроениюжизни: «Ну, землю бы я купил, лошадей, дом бы выклал, хозяйство, установил бы, бабой бы обзавелся, а дале-точегожебыбыло? Нештотыдумаешь, усидел бы я на месте, а?Ни в жисть! На завтра же все быопаскудело мне, верь'» Но из этого вовсе нельзя сделать вывода, что Дергач не интересуетсяобщественнымипротиворечиямижизни: они его очень волнуют. Он и пьянство рабочего человека понимает, как временное забвение горестей жизни. Продолжая беседу сНикитой, онговорит: «Теперичавзять менякпримеру:штоя? Бобыль,—^ни кола, нидвора; ну, а какая моя жисть? Год каторги, да деньпросвета;тыробишь, робишь, жисть кладешь, и все тынишдй, а другой за твое здоровье, сложаруки, в прохладе живет. Нешто так должон жить человек, а? В каком законеписано, што явот, Васька Дергач, стойпододнойпланидой с бессловеснымтворением, а?» Дергач не видит для себя подобаюн^его выхода. Нутром своимончувствует, что личноеустроениежизниприведетего к мелкимприобретателям. Этого оннехочет: «Яв энтойдоле родился, в ѳнтой долеиумру, наравнес инымипрочими, ине хочу превышеихбыть, нехочу, совесть непопуш,ает». В другую историческуюэпоху, приналичииразвернутого рабочего движе]|ня, из Дергача, быть может, выработался бычеловек, нашедшийсвое настояш,ее дело—выступить борцом за общерабочие интересы. Но в данныймомент он стремится только показать, что ионможет быть калифомначас, что и онсила, передкоторойпресмыкаетсядеревенскаябуржуазия в тот момент, когда у него в кармане деньги. Тогда он может даже позволить роскошь —плюнуть в физиономию Никиты Онуфрича. Атот после этого растеряется от неожиданности,побагровеет, сделает суровое предупреждение, но, обуреваемый жадностьюк деньгам Дергача, снесет обиду. Из рассказавидно, что общиеинтересысвоейрабочейбратиидороги Дергачу. Развитое чувство «товарищества» у него сказывается в ненавистик ябедниками наушникамиз рабочей среды. Здесь он беспощаден. Дрянного мужичонка, рабочего доносчика—ДанилуМережникова онв лоск напоилпьяным; и когда тот потерялпамять, Дергачоблилего спиртоми зажег. Когда Данилко умирал, ему было его очень жалко: казалось, что лучше бы доносчикутолько «бока встряхнуть».
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4