— 94 — нились, чтобы видѣть опальнаго патріарха и принять благесловевіе. По пути Никонъ хотѣлъ зайти въ Успѳнсіай н Благовѣщенскій соборы, гдѣ ніла служба, но его нѳ допустили: соборныя двери при его приблшкеніи запирались на замокъ. На соборѣ рѣшиди не вставать при появлопіи Никона. По когда внесликрестъ и вошелъ съ посохомъ и въ облаченіи Никонъ, царь и за нимъ всѣ цевольно поднялись. Никонъ прочіітадъ входную молитву, поклонился царю, патріархамъ и всѣмъ присутствующимь ; не видя для себя равпаго съ патріархами мѣста, онъ стоялъ съ посохомъ въ рукѣ. Никону предложили оѣсть па скаыьѣ вмѣстѣ съ епископами. —«Мѣста, гдѣ сѣсть, я здѣсь для себя не вижу, а съ собою но принесъ; развѣ сѣсть мпѣ, гдѣ сгою», —съ ироніей сказалъ гордый іорархъ, и все время засѣданія, продоллсавшагося одиннадцать часовъ, проведъ стоя. —«Скалсите, зачѣмъ вы меня звалн?-> —обратился Никонъ къ собору. Тогда царь быстро сошелъ съ своего трона и ставъ около стола вблизи Нькопа, въ еильномъ волненіи иачалъ свою обвинительную рѣчь протпвъ бывшаго друга. Со слезами жаловался Алексѣй Михаиловичъ, что Никонъ самовольно, никѣмъ не гонимый, удалился съ патріаршества, оставилъ церковь безъ пастыря, причинилъ церковную смуту и т. д. Потомъ патріархи черезъ переводчика ставили Никону обвинительные вопросы. Сначала было выдвинуто два обвинительныхъ пункта противъ Никона; самовольное, безъ причины, оставлепіе каѳедры и клятвенное отреченіе отъ патріаршества. Смыслъ этихъ обвиненій быдъ тотъ, чтобы подвести Никона подъ дѣйствіе нѣкоторыхъ каноновъ, по которымъ архипастырь, безъ благословной вины оставивши свой престолъ и паству, или добровольно сложившій съ себя архипастырское званіе для монашескихъ подвиговъ, доллсенъ быть «совершенно чуждъ епископской чести и достоинства». Никонъ на это основательновозражалъ, что онъ ушелъ съ московской жаѳедры по причинѣ царскаго гнѣва, отъ архипас-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4