48 тайны— смерти, находилъ „успокоеніе лишь въ вѣрѣ и терпѣніи". Эти слова были прощальными меланхолическими звз'ками, искренно отразившими въ себѣ настроеніе поэта въ послѣднія минуты его жизни, Въ наше время, въ вѣкъ практическихъ соображенш, матеріализма и реализма, только изрѣдка заглядываютъ въ творенія Жуковскаго: его находятъ скучнымъ. Лѣтъ 3 5—20 тому назадъ многіе съ увлеченіемъ читали писателей, въ тенденціозныхъ произведеніяхъ которыхъ односторонне отражается народная жизнь. Нынѣ эти сочииенія почти совсѣмъ забыты и, быть можетъ, навсегда. Теперь наше обшество, преимущественно молодое поколѣніе, увлекается новыми произведеніями. Но пройдутъ года, и эта новая поэзія, по большей части мутная, конвульсивная, также, нужно думать, будетъ предана забвенію. Чистая же поэзія Жуковскаго, отрая^ающая въ себѣ свѣтлую жизнь ея благороднаго автора, всегда будетъ привлекать къ себѣ того, чья дуата, полная житейской тревоги, волнуется тоскливымъ порываніемъ безъ цѣли и, желая отрѣшиться отъ скучной земли, стремится къ свѣтлому небу, въ міръ идеальный, духовный, и тамъ находитъ то, что обѣщалъ я самъ поэтъ въ своемъ творчествѣ —утѣшеніе: Въ часы испытанья и мрачной тоски, Я въ образѣ тихой, небесной надежды, Бесѣдуя скрытно съ твоею душой, Въ прискорбную буду вливать утѣшенье.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4