255 лживости приятельскихъ увѣрепій? —Все это такъ извѣстно, такъ стар5! —^І^еперь не только такого рода житейскія истины всѢмъ извѢстны; но и общія идеи, болѣе высшаго разряда, такъ сказать, разлиты въ воздухѣ и составляютъ атмосферу образованности. Этимъ мы обязаны, безъ сомнѣнія, ближайшему и болѣе раціоналъному знакомству напіему съ Европою. Тогда мы получали отъ нея житейскіе обычаи и матеріальныя новизны. Проскакивалъ, правда, въ концѣ прошедшаго столѣтія, и образъ мыслей; но идеи не доходили. Переводились книги, и историческія, и политическія, и юридическія: были переведены и Монтескье, и Беккаріа, и другіе; но они читались не обществоыъ, а немногими избранными и спеціалистами. Идеи не были еще, какъ нынѣ, потребностію въ образованномъ обществѣ. Правда, отъ того, что ньшѣ ничего нѣтъ въ мхъ области непочатаго, нѣтъ ничего и новаго: новымъ можетъ быть только ихъ развитіе и приложеніе. Но за то многое разъяснено и поставлено на свое мѣето; и потому писатель и поэтъ, вступая въ СФеру идей общественныхъ, находится, такъ сказать, бодѣе прежняго въ СФерѣ общей гармоніп. Теперь не можетъ быть скачковъ изъ одного круга въ другой. Какъ ни различны круги людскаго общества; но ихъ границы не суть не переходимы. Тогда столица и провинція, дворъ и общество были совершенно различные міры, Отъ того, въ то время, поэтъ, изображавшій высшія идеи, былъ почти на Олимпѣ; а поэтъ^ допускавпіій житейское и шутку, необходимо впадалъ въ тривіальность. Это мы видимъ отчасти и въ Державпнѣ, й въ „Душенькѣ" Богдановича. —Нынче талантъ истинныйможетъ избѣгать крайностей. Шутка Пушкина и ега картины провинціальныхъ обычаевъ напримѣръ въ Онѣгинѣ, вѣрны, забавны, но не грязны. Есть исклю- ► Г I
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4