и 248 На балъ ли позовутъ—не ѣзди въ семь часовъі Какая старина! —нашъ вѣкъ уягь не таковъ: Старайся такъ попасть, чтобъ около полночи Приѣхавши, торчать до бѣла дня, сверхъ мочи; А тамъ, какъ повалить къ заутренямъ народъ, Ступай назадъ домой, и спи хоть цѣлый годъ! Хворай, лежи, умри—знакомства не бывало, Приѣхать навѣстить не вздумаютъ ни мало! Изъ этихъ послѣднихъ стиховъ видно, что кромѣ нападковъ на обычаи, эта сатира направлена и противъ ліодскаго эгоизма, на которомъ, впрочемъ, и основывается ббльшая часть людскихъ требованій. Сдѣдовательно, если проникнуть въ основную мысль поэта, она гораздо глубасе, нежели простое поржцаніе обычаевъ. За вздоръ готовы стать врагами человѣки! Визита не отдай—поссоришься навѣки! При нуждѣ броеятъ всѣ, и бабушка, и дѣдь, Травою заростетъ къ твоимъ хоромамъ слѣдъ. Но смѣй, объ Рождествѣ, иль на Святой педЬлѣ, Кататься на горахъ, явиться подъ качели, А къ нимъ не завернуть—хоть не зачѣмъ, да такъ — Прощенія себѣ не ожидай никакъ! На память приведутъ старинное знакомство, И предковъ воскресятъ, и разродятъ потомство! За что, скажи, всѣмъ тѣмъ приязнью долженъ я, Которы какъ-то мнѣ случилися родня? Будь родственникъ мнѣ другъ—его я буду другомъ; Быть съ нимъ не отзовусь подложнымъ недосугомъ, Копейку раздѣлю! —А это кто сказалъ, Чтобъ въ жизни часъ одинъ я попусту терялъ, И столько-то разъ въ годъ оказывалъ бы ласки Тому, о комъ слыхалъ отъ мамы, вмѣсто сказки, Что дѣдушку его, когда Петръ Первый жилъ, Съ моимъ въ одну купель приходской попъ грузилъ? Роднымъ зову того кто, мыслить благонравно, 1^ -'і}'ч «і<іі а- '~
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4