247 видимъ ее, такъ сказать, въ перспективѣ. Богъ знаетъ, и встарину считалась ли присяга важнымъ дѣломъ! Да простятъ мнѣ читатели мою выходку; но признаюсь, что не могу говорить равнодушно о взяткахъ! (*) Жѣчто для весельчаковъ. Эта сатира обращена іфотивъ стѣснитедьныхъ обычаевъ свѣта, противъ условныхъ законовъ , такъ называемыхъ , приличій общественной жизни. Я сказалъ уже въ жизнеописаніи Князя Долгорукаго, что онъ всегда тяготился ими, хотя имъ и покарялся. Поэтъ, больше всего ліобившій свою свободу и дозволявшій ее другимъ, возстаетъ здѣсь довольно забавно противъ самыхъ мелочныхъ уставовъ общества, мѣшающихъ каждому жить, какъ онъ хочетъ. Шагни лишь чуть не такъ, какъ всѣ они хотятъ, „Не принято!"—Бѣда! тотчасъ и закричать! „Не принято!"—Да кѣмъ? —Господь ихъ, право, знаетъ! И этотъ деепотизмъ чрезмѣрно досаждаетъ! Будь честенъ, добръ, уменъ; но ежели не такъ Живешь, какъ всѣ—прощайі навѣки сталъ чудакъ! Какъ будто, чтобъ имѣть отраду наслажденья, Я мученикомъ быть сужденъ предубѣжденья! Вогь тема этой сатиры. Далѣе поэтъ развертываегь свою мысль въ разнообразныхъ подробно стяхъ, изъ которыхъ только нѣкоторыя черты я представлю здѣеь для образца; иначе надобно бы было переписать все стихотвореніе. (*) Нывѣ царптвующй Г осударь, ввода, болѣе или менѣѳ, гласные учрежденів и въ саыоиъ еудопропзводствѣ, ыожетъ быть, достигветъ наконецъ и до прекращенія взяточничества, если не при насъ, тавъ при нашихъ потомкахъ. Не ыногіе изъ нашихъ Государей, не исключая Екатерины II и Александра I въ восемь лѣтъ царствованія заслужили столько страиицъ въ псторіп.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4