194 И сердце, гдѣ бы ни летало, Прильнетъ къ Варварѣ невзначай! Онъ не Бходтъ въ претензіи и на непостоянствсу дамы, увѣренный, кажется, что и она этимъ не обидится; Мила Варвара чрезвычайно Дицомъ, душою и умомъ; Одна бѣда: непостоянна, Рѣзва—и ставитъ все вверхъ дномъ! За то началомъсвоейпоэтической извѣстности въ кругу свѣтскомъ Князь Долгорукой обязанъ былъ именно стихамъ, писаннымъ имъ для женщинъ; хотя вскорѣ эта извѣстность сдѣлалась болѣе всеобщею, стихами нѣсколько уже важнаго содержанія, именно стихотвореніемъ Еаминь вь Пензѣ, съ котораго начало выказываться болѣе зрѣдости въ его талантѣ. Между свѣтскими дамами того времени Князь Долгорукой въ свое^' молодости пользовался славою нѣжтго поэта. Но справедливость требуетъ замѣтить, что эти-то нѣжныя стихотворенія и имѣютъ мало цѣны въ сравненіи съ другими, по крайней мѣрѣ далеко не заслуживаютъ стоять наравнѣ съ шутливыми и сатирическими его произведеніями. Во всѣхъ его стихахъ, посвященныхъженщинамъ, не столько чувства, сколько мысли, разсужденій о чувствахъ и выраженій преданности сердца. И потому они холодны —Странное дѣло! Онъ, у котораго такъ много глубокаго чувства оскорбленнаго сердца, когда онъ говорнтъ о себѣ и о людскомъ эгоизмѣ, онъ же, при алтаряхъ своихъ кумировъ, женщинъ, холоденъ и принооитъ имъ жертвы, какъ будто по обряду! —Еслиприписывать это тому, что въ чувствительности того вѣка много участвовала чувственность: то стоитъ только вспомнить, напри-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4