186 Вотъ въ ней-то подлинно ведется И лисій хвостъ, и волчій ротъ! За то всѣ эти выраженія, отмѣченныя здѣоь косыми литерами, онъ замѣнилъ послѣ другими, который уже не столь рѣзки, но и не столь вѣрны: жертва современному взгляду и условнымъ понятіямъ! —Или чтб думали тѣже щепетильные свѣтскіе критики, когда -читали далѣе: Она нерѣдко пустошь мелгтъ Про тѣхъ, кого бѣжитъ обнять; По русски молвить: мягко стелешь, Да оюостко, спазываютъ, спатъі * * * Множу дастъ такую аорю, Что кровь приводит'^ всю вг игру! Востра, бойка—и я не спорю, Да только тиѣ не понутру! Какая стихотворческая смѣлость по тому времени—и у кого же?—у человѣка хорошей Фамиліи, свѣтскаго воспитанія^ и принадлежащаго къ лучшему обществу!—Такъ, вѣроятно, думали современные ему писатели; но мы должны судить иначе. Какое мастерское соединеніе самыхъпростонародныхъ, нашихъродныхъ выраженій, съ самымъ блестящимъ описапіемъ свѣтской дамы и ея внѣшнейобстановки!—НѣтъІ Князь Долгорукой, несмотря на ігристрастіе свое къ Французской литературѣ, нисколько не поддался въ поэзіи вліянііо ея чопорности: русской умъ^ русское чувство л выраженіе у него такъ и рвутся на волю: имъ было тѣсно въ тогдашней рамкѣ! —Онъ писалъ, какъ ему писалось, не смотря ни на кого и ни на что, и не боясь того, чтб скажутъ при встрѣчѣ простаго или
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4